Магическая штучка

Холеные руки с наманикюренными пальцами она положила на подлокотники кресла, выставив напоказ хищные, длинные ногти, накрашенные ярко-красным лаком. Точно такого же тона была и помада на ее губах, скривленных сейчас в надменной усмешке.

Заметив, что я за ней наблюдаю, дама как бы невзначай провела одной рукой над другой. Этот жест мне был знаком, так проректор проявлял свое кольцо. И у нее кольцо проявилось. Да, как я и думала, темно-серый метал, похожий на старое серебро — танталум. Камень в ее перстне тоже попадал в цветовую гамму — кроваво-красный ромб во всю фалангу пальца.

Хищница определенно поняла, что я осознаю, какую силу и ценность представляет ее артефакт и удовлетворенно улыбнулась.

— Ты ее знаешь? — прошептала Юлка.

— Первый раз вижу! — так же тихо ответила я.

— Мне кажется, она нас ненавидит…

— Тебе не кажется, — в этот момент я наконец поняла, почему дама смотрит с такой брезгливой неприязнью. Она одна из противников решения совета магов. Аристократка из древнего рода.

Жавурина посмотрела на меня с пониманием и ничего не сказала. Зато сказал магистр Сайфей, речь которого я наполовину пропустила мимо ушей.

— И, наконец, еще один ваш преподаватель — леди Франа Кавецкая, — представил он, и хищница едва заметно кивнула, даже не потрудившись встать со своего места. — Магистр Кавецкая будет вести у вас очень важный практический предмет «Базовые основы фундаментальной магии».

Клуши с первого ряда восторженно захлопали. Разумеется, им главное перстень и маникюр, а то, что находится в черепной коробке предмет темный — напоказ не выставишь. Хищница снова усмехнулась, мы с Юлкой переглянулись.

— Будут жертвы! — озвучила Жавурина нашу общую мысль.

— А сейчас мы с вами отпустим преподавателей, а сами спустимся в святая святых магического сообщества — в центральное хранилище артефактов.

Преподаватели поднялись и направились на выход. Лишь старушка продолжала посапывать, мирно свесив седую голову набок. Кажется, эта дама будет учить нас латыни.

— Леди Реут, — тихонько позвал ее декан, но старушка лишь всхрапнула и что-то промычала во сне, смешно прошамкав губами. Среди куриц раздались неприятные смешки.