Клиника верности

Выйдя замуж и зажив своим домом, дочь вышла из-под контроля, перестала подчиняться воле матери, и теперь Тамаре хотелось вернуть себе былую власть над Алисой. Ей нужно, чтобы дочь была разочарованна и растерянна, чтобы она поняла полную свою непригодность к самостоятельной жизни и сдалась под юрисдикцию матери. Алиса должна быть покорной, а будет ли она при этом счастлива, Тамару не беспокоило.

Члены семьи всегда должны были делать только то, что нужно Тамаре. Если у них вдруг возникали собственные желания, идущие вразрез с ее планами, то эти желания объявлялись вредными, позорными и недостойными порядочного человека.

Ни дочь, ни муж никогда не слышали от матери семейства вопроса: «Как ты хочешь?»

Алисино замужество было первым примером активного неповиновения в семье. И теперь Тамара собиралась подавить бунт.

«Господи, неужели есть на свете семьи, где жизнь не напоминает нечто среднее между непрерывным сеансом психоанализа и заседанием суда? — Илья Алексеевич тяжело вздохнул.

 — Неужели есть дома, куда идут не с понурой головой, лихорадочно вспоминая свои прегрешения и с тоской ожидая наказания?»

До дома оставалось совсем чуть-чуть, не больше пяти минут самой медленной ходьбы. Сейчас он вернется к холодной, чужой женщине…

Илья Алексеевич неожиданно для себя свернул к двери с вывеской «кафе». Он очень редко бывал в таких заведениях, но при первом впечатлении местечко показалось ему достаточно приличным, чтобы мужчина средних лет и высокого общественного положения скоротал тут вечерок.

Незаметно проверив под столом наличность, Илья Алексеевич заказал кофе и сто граммов виски. За соседним столиком сидела одинокая девушка с прической «а-ля утопленница» и таким же цветом лица. Она кинула на него заинтересованный взгляд и улыбнулась уголками рта, явно намекая, что не будет возражать, если он проявит инициативу. Илья Алексеевич не одобрял женщин, проводящих вечера в кафе, но неожиданно ее авансы оказались ему приятны.

Впрочем, сегодня он никому не смог бы составить приятную компанию, на душе было темно и страшно. На всякий случай он пересел так, чтобы оказаться к девушке спиной. Сделав большой глоток виски и едва не поперхнувшись, Илья Алексеевич вынул сигареты. С тех пор как они поженились, прошло двадцать лет. Вполне достаточно, чтобы тяготиться человеком, которого знаешь вдоль и поперек, со всеми достоинствами и недостатками.