МАГ 7 (возвращение)

При условии вхождения в дело, пусть уж прижимистый кузнец сам оценит свою мастерскую, мне здесь большой долей не пахнет, типа, половину или четыре десятых ни за что не отдаст, но, мне и трети хватит или четверти.

Человек он — тяжелый, недоверчивый, зато, очень щепетильно честный и по итогу, конечно, предложит выкупить долю обратно, но это уже окажутся совсем другие деньги, после тех доходов, которые кузница покажет за пару лет, которые я планирую пробыть в Черноземье.

Что я буду делать с заработанными деньгами — пока не представляю совсем, время, впрочем, еще есть.

Заодно, переключим всю его деятельность только на наши потребности, нашей мастерской и заказов для Ратуши. Он, без разговоров, лучший в городе кузнец, божьей милостью и то, что станет работать только на нас, однозначно сделает наш путь к успеху еще надежнее. А конкурентам затруднит попытки догнать нас и повторить выпускаемые арбалеты и прочие изделия.

— А, скажи-ка, Водер, тебе вон тот сарай не требуется для расширения кузницы? — так я начал свой хитрый план по вхождению в число акционеров кузницы.

— Требуется, очень даже, но хозяин там совсем дурак, требует за свою развалюху каких-то невероятных совсем денег, — сердито выговорил кузнец.

— Понятно, цена сараю — двадцать золотых, хозяин просит шестьдесят? — и я вопросительно посмотрел на Водера.

— Восемьдесят, — буркнул тот.

— Значит, за сорок отдаст. Договаривайся с ним о покупке, пусть бумагу из Ратуши покажет и оформляем.

Крип и Водер как-то странно смотрят на меня, не понимая, как я раскидываюсь такими суммами, если, только что оплатил огромное число луков для арбалетов, притом — вперед.

Сейчас я их добью, чтобы совсем порадовать Водера.

— Водер, давно на твою кольчугу гляжу, за сколько отдашь лучшему другу?

Кузнец с удивлением смотрит на Крипа, который и точно, его лучший друг, тот смотрит на меня, не понимая, в чем дело.

— Да, да. По цене, как Крипу, но, только для меня.

— Это…, - и кузнец снова чешет голову.

— За двенадцать отдашь? — решаю я помочь ему.

— За двенадцать? — Водер думает, что-то считает и через минуту внутренней борьбы соглашается на сумму.