Хирургия мести

— Кстати, Дель… а что у вас тут вечером случилось? — вдруг спросила она, и я насторожилась:

— А что?

— Было ощущение, что за стенкой кто-то здорово психовал и кидал вещи.

«За стенкой» ничего происходить не могло, палата Оксаны располагалась через три от палаты Казаковой, но они пустовали, и потому, видимо, ей показалось, что все происходит рядом.

— А больше ты ничего не слышала?

— Перед этим, кажется, Женька куда-то побежала — это у нее каблуки на туфлях, больше-то некому.

— А потом?

— А потом снова шаги, и все.

Я поднялась:

— Не обращай внимания, это так… ерунда. Ну, мне пора, а то еще в горздрав ехать. Тебе из города привезти что-нибудь?

— Да. Цветов купи, если не трудно. Хочу букет на тумбочку.

— Хорошо, — рассмеялась я и вышла.

Осталось узнать, куда именно отлучалась вчера Женя.

Анастасия

Я не могла уснуть, все сидела в кухне под включенным бра и смотрела на лежащий передо мной автобусный билет.

Павел не сказал, что ездил куда-то. И почему именно в этот поселок? Там нет ничего, кроме этой клиники.

Из глаз хлынули слезы, капая на злосчастную бумажку. Зачем я вообще ее подняла?!

Он точно врет мне, теперь я это знала. И для меня не станет удивлением то, что больше он не позвонит — или позвонит через несколько недель, чтобы опять наврать про занятость.

Но мне бы хоть понять причину, по которой он выбрал меня объектом своей лжи. Для чего? Зачем было тратить время, деньги, силы на то, чтобы обманывать влюбившуюся в него женщину?

Взять с меня нечего, ни денег, ни квартиры — она напополам с мамой, ничего у меня нет. Что-то не складывалось, а стоило мне представить лицо Павла, и я снова начинала плакать от тоски по нему.

Если бы он позвонил сейчас, сию минуту — я бы ни в чем его не подозревала, я бы поверила. Но Павел не звонил.

Так прошло три дня. Я получила, наконец, новый паспорт, провела полдня, исправляя информацию в интернет-магазинах и на сайтах, требовавших паспортных данных, сходила даже в банк, чтобы сменить номер в договоре. Что-то мыла, что-то убирала, разбирала, выбрасывала… Занималась чем угодно, только чтобы заглушить боль, разрывавшую меня изнутри.