Хирургия мести

Парикмахер снова вздохнула и защелкала ножницами где-то у моего затылка. Я закрыла глаза, чтобы не видеть, как тяжелые пряди падают на пол — оказывается, это довольно тяжелый момент, я прежде никогда не стриглась так радикально, разве что кончики немного, а тут… Нет, я не могу плакать, не могу остановиться — мне надо изменить себя так, чтобы не было похожих черт.

Когда все было закончено, мастер смела с накидки остатки волос и предложила:

— Ну, смотрите.

Я открыла глаза. Стрижка вышла прекрасная, хоть и очень короткая.

Непривычно холодило шею и уши, голова казалась необыкновенно легкой. А мне все равно хотелось плакать от ощущения, что вместе с волосами ушло все хорошее, что было в моей жизни. Ушло мое прошлое, чтобы больше никогда не повториться.

Аделина

Матвей настоял на том, чтобы поехать со мной, и сам сел за руль:

— У тебя руки дрожат, мне это не нравится. И потом, куда ночью по загородной трассе в одиночестве?

Я испытала прилив нежности и благодарности — он не бросил меня в такой ситуации, предложил помощь, подставил плечо.

И я эту помощь приняла, хотя прежде, возможно, фыркнула бы и отказалась, привыкнув все и всегда решать самостоятельно. Но, как заметил Васильков, брак влиял на меня в лучшую сторону.

Мы ехали по плохо освещенной дороге в сторону поселка, и я чувствовала, как внутри нарастает напряжение. Меня не могли выдернуть среди ночи просто так — либо что-то случилось, либо привезли кого-то срочно, такое иногда бывало, когда, скажем, кто-то из высокого начальства попадал в аварию, например.

Однажды я так в буквальном смысле собирала по кусочкам лицо жене одного из заместителей мэра — женщина уснула за рулем и влетела в опору линии электропередачи. Но что толку гадать, сейчас доедем и все узнаем.

Мы вошли в административный корпус, но тут в сумке у меня зазвонил мобильный, и дежурный врач взволнованным голосом попросил идти сразу в лечебный. Это мне не понравилось:

— Похоже, что все-таки у нас что-то стряслось. Матвей крепко сжал мою руку:

— Ничего, сейчас разберемся.

Мы быстро перешли прямо по улице в лечебный корпус, и уже в холле меня ждала дежурившая в эту ночь сестра Лена:

— Ой, Аделина Эдуардовна… — мне показалось, что она всхлипнула. — Идемте скорее…

— Мне кто-нибудь толком объяснит, что произошло вообще?

— Даже не знаю, как сказать… в общем, Владыкина…

— Что с ней?

— Она из окна выпрыгнула, Аделина Эдуардовна, — пролепетала Лена.

Я приклеилась к полу, не в силах сделать ни шагу.