Мачо чужой мечты

— Никаких претензий к вам не имею, — миролюбиво кивнул я.

— Здесь народ богатый, — гудел мужчина, — им хочется спокойствия, боятся корреспондентов.

— Еще фаны приходят, — подхватил один из охранников, — ваще чума! Их в дом не пускают, так они на улице чудят, асфальт мелками разрисовывают, цветы кладут. И охота девкам стараться! Между прочим, среди них симпатичные есть.

— Скажешь тоже, Лешка, — скривился молчавший до сих пор юноша, — уродки, на них нормальный мужик не посмотрит, вот и бегают за обмылками.

— А та, как ее… ну… Арфа, что ли, — воскликнул Леша, — симпотная! Вполне ничего…

— Сумасшедшая, — уперся его приятель и повернулся ко мне, — вначале милой показалась, пришла в форме, платьице с золотыми пуговицами, на спине вышита надпись «Кондитерская Манже», сказала, что Вяльцев сладкое заказал.

— Мы велели коробку у нас оставить, — перебил коллегу Леша, — а эта… Арфа просить стала…

— Чаевые получить хотела.

— Приличная с виду, вот мы и разрешили подняться.

— Совсем на фанатку не похожа.

— Такой скандал вышел!

— Она к Вяльцеву пристала!

— Сестрой назвалась!

— Он так орал!!

— Вяльцев завсегда визжит!!!

— Хватит, — оборвало подчиненных начальство, — разверещались."

"— Странное имя Арфа, — сказал я, чтобы нарушить тишину, повисшую в лифте.

— Ее по-другому звали, — ответил Леша.

— Похоже на Арфу, — подхватил его приятель, — типа пианино.

Я постарался сохранить серьезное выражение лица, приличествующее начальнику розыскного отдела крупного детективного агентства, но предательская улыбка стала раздвигать губы.

Узнав о моем поражении, Нора обозлилась.

— Тебе ничего поручить нельзя!

— Виноват, исправлюсь, — бойко ответил я.

— Дурацкая идея пришла тебе в голову, — кипела хозяйка, — ну зачем пообещал помочь госпоже Умер? Хотя мужчина при виде смазливой мордашки теряет разум.

Я молча внимал незаслуженным упрекам. Идея поехать к Вяльцеву и взять у него разрешение на выезд Марка из России принадлежит Элеоноре, я лишь выполнял приказ хозяйки.

— Нам бы следовало забыть о девице с «благозвучной» фамилией Умер, — злилась Нора, — но, увы, при беседе присутствовала Катерина из «Счастья».