ЛВ 3 (СИ)

А вот когда охранябом стал, когда за тобой, бедовой, присматривать пришлось, тогда знаешь, я понял, что я это я, вот такой.

Улыбнулась я, и не стала говорить, что и мне он вот такой нравился — человечный, простой, ни маг-архимаг, а мужчина, что и руками по дому все делать умеет, и суп мясной сварит, и поможет, и поддержит, и предостережет. Обняла его крепче, щекой к груди его прижалась, да и хорошо так стало, спокойственно. И он тоже обнял крепче и сидели мы молча, тихо наслаждаясь нашим тихим счастьем.

— Что делали сегодня? — наконец вопросил Агнехран.

И тут я вспомнила, что поговорить-то с ним хотела, и разговор-то серьезным был.

— А мы сегодня по лесу носились с линейками измерительными, — отстранившись от аспида и в глаза его змеиные глядя, сообщила я.

— Случилось чего? — встревожено спросил он.

— Случилось, — подтвердила растерянно. — Я лешеньке облик делала человеческий, перед встречей ведьм, чтобы значиться истиной ведуньей предстать, той, что в паре с лешим своим, и знаешь что?

— Что? — напряжение теперь в его голосе слышалось.

— Лешинька облик обрел человеческий. А как то получилось, мне до сих пор невдомек.

И тут глаза змеиные медленно сузились, взгляд стал недобрым, а на лице угольном желваки обозначились — серчал аспидушка, а от чего непонятно.

— То есть мало мне водяного было, — прошипел практически.

Моргнула я удивленно, да и спросила шепотом:

— А ты об чем сейчас, Агнехранушка?

— О своем, о личном, — только сарказм мне в том ответе послышался.

— А сердце у него бьется, когда он в образе человеческом, — сказала как есть.

— Потрясающе! — гневно произнес Агнехран. — Так значит, леший теперь у нас к размножению годен?

— А мне почем знать? — разозлилась вдруг. — Слушай, коли знала бы все, тебя бы ни о чем не спрашивала.

— А ты спрашивала? — злой сидел охранябушка мой в виде аспида, совсем злой.

— Ну так да! — воскликнула возмущенно.

— А действительно… — прошипел почти.

Смотрю на него и понять не могу, что происходит-то.

— Так в чем вопрос? — вкрадчиво, и пугающе как-то вопросил Агнехран.

Моргнула потрясенно, вгляделась в лицо его темное, в глаза змеиные, да и ответила:

— В том, что мне надобно знать, чего от магии чародейской ожидать-то. А то знаешь, неприятственно как-то — я лишь иллюзию навела, а она возьми да и стань реальностью.