Лунные драконы

Позвольте полюбопытствовать, зачем она вам вдруг понадобилась?

– Святой отец, – Сергей проигнорировал вопрос, – какое отношение имеет Альбина Круцких к Ядвиге?

– Что вы знаете про Ядвигу? – Отец Владимир мгновенно подобрался, от былого благолепия не осталось и следа. Теперь он совсем не походил на священника. У слуг Господних не должно быть такого взгляда: холодного и расчетливого...

– Вы его тоже получили, – усмехнулся Сергей. – Вы получили приглашение к игре.

– Так вот вы здесь зачем... – Отец Владимир прикрыл глаза, откинулся на спинку стула.

– Так же, как и вас. Вы уже сделали первый ход, святой отец?

– Это все от лукавого, – отец Владимир покачал головой.

– Значит, вы не были в том доме после смерти Ядвиги?

– Я же вам сказал.

– В таком случае примите совет. – Сергей подался вперед, заглянул в настороженные крапчато-карие глаза. – Если все-таки решитесь сыграть в эту игру, будьте очень осторожны.

"– Вы мне угрожаете?

– Нет, я вас просто предупреждаю.

– Я слуга Господа. Я не играю ни в какие игры. – Получилось не очень убедительно. Во всяком случае, Сергей не поверил.

– Что должно было случиться с молодым человеком из аристократической семьи, чтобы он отказался от светской жизни и посвятил себя служению Господу? – спросил он.

– Не ваше дело!

Вот и слетело со святого отца все наносное, благоприобретенное, обнажилась истинная, местами изъеденная ржавчиной суть.

– Нам, пожалуй, пора. – Ладонь у Полины была холодная и влажная. Волнуется или это из-за астенического синдрома? Некогда выяснять... – Всего хорошего, отец Владимир.

– Идите с Богом, – священник осенил их крестом и отвернулся к окну.

...Он проводил нежданных гостей долгим взглядом, тяжело опустился на стул, сжал голову руками. Он надеялся, что это больше не повторится, что он избавился от своих кошмаров, но кошмары вернулись. Перед внутренним взором всплыло окровавленное, похожее на уродливую маску лицо.

Ядвига его простила. Не сразу, но простила. Только вот ему было мало ее прощения. Тогда, много лет назад, он был молодым и глупым. И еще он был игроком, азартным, безумным, способным не раздумывая поставить на кон свою и уж тем более чужую жизнь. Ему всегда не хватало денег, а этот художник, Аристарх Лисовский, не возвращал карточный долг.