Лунное молоко

Почему она отделилась от всех? Характер подвёл или что-то более… важное?

И правильно ли он понял намёк Палны о том, что Инга — двоедушница?

Монах устроился поудобнее и прикрыл глаза.

История закручивалась невероятнейшая! И главное в ней было не сплоховать самому.

* * *Юлька так и не заснула в ту ночь. Марфа давно сопела под боком, а она всё прокручивала в голове внезапное появление сестры и не могла объяснить себе — зачем? Зачем Марфа помчалась за ней? Как смогла понять, где искать? Как вообще догадалась о её… проблеме?

Об этом знала лишь знахарка, посоветовавшая искать ключника.

В искренние переживания младшей Юльке верилось плохо — слишком свежи были воспоминания о её недавней бурной истерике.

Юльке тогда никак не удавалось успокоить пылающую ненавистью Марфу.

Как искренне она кричала «ненавижу»! Как исступлённо желала Юльке «чтобы сдохла»!

И вот теперь явилась в Лопухи — совсем одна, не испугавшись ни дороги, ни неизвестности!

Марфа держалась довольно уверенно — значит точно знала, что Юлька находится здесь.

Кто же её подвёз до деревни? Давешний дядька или этот блондин со шрамом во всю щёку? Случайный знакомый? А может быть — друг?"

"Глупости! Марфа ещё не доросла до отношений. Неуклюжая и угловатая, смахивающая на зажатого подростка, она и не влюблялась-то толком. У неё и подруг-то нет.

Хотя сейчас Юлька не была в этом настолько уверена — как оказалось, она совсем не знает младшую сестру!

Юлька повозилась немного, а потом покосилась на Марфу. Переживай теперь за неё.

Она сама не представляет, что ждёт её дальше, а тут ещё этот рыжий хвост…

Мысли сбивались и путались: приезд Марфы, Монах, странные местные, Инга, скрывающая неизвестно кого у себя в комнатушке…

И бабки… С бабками явно что-то не то! Их нарочитая простота и добродушие напрягали, казалось, что это всего лишь игра, за которой скрывается что-то неправильное, иное.

Когда за окном слегка посветлело, Марфа еще спала.

Инга вывалилась из комнаты, с громким шарканьем принялась расхаживать вокруг.

— Ты можешь потише? — попросила её Юлька. — Перебудишь народ.

— Мадама глаз не сомкнула, — Инга зевнула во весь рот и коснулась головы. — Болит! Откуда эта зараза взялась со своим валенком?

— Ирина Санна? — в смятении Юлька прикусила губу. Неужели той птицей действительно была Инга??

— Что смотришь будто не видела? — Инга потрясла волосами, и несколько мелких перьев спланировало на пол.