Ложная девятка

Ещё раз, чтобы все всё поняли. Это должна быть его игра. И не потому, что он любимчик тренера или ещё что-то. Мы с вами, мужики, любители. Футбол для нас — это увлечение, хобби, как говорят на западе. А для него он призвание, и Слава должен, просто обязан играть не против Новосиля с Верховьем и Болховом, а против «Спартака», «Динамо» и «Реала» с «Ромой» и «Гамбургом». И наша с вами задача — помочь Славе. Все всё поняли? — Ответом Ивану Петровичу стал утвердительный гул. — Ну раз так, то вперёд на поле, мужики!

* * *Эдуард Стрельцов, знаменитый Стрелец, Русский танк, футбольный Шаляпин и Советский Пеле, совершенно не понимал, зачем его команду отправили в этот занюханный провинциальный городок.

"Дублёры московского «Торпедо» должны были лететь в Кутаиси, а вместо этого шесть с лишним часов провели в автобусе.

Хорошо хоть дорога, что трасса всесоюзного значения на Симферополь, как старая, так и строящаяся новая, что местная, на которую автобус съехал за час до прибытия, была хорошего качества.

Если бы команда ко всему ещё и тряслась на колдобинах и дышала пылью, то Стрельцов бы по возвращению точно устроил бы скандал как начальнику команды товарищу Кабану, так и руководству ЗиЛа, записался бы на приём к самому Сайкину и в лицо бы высказал тому всё, что он думает о такой вот «шефской помощи трудовым коллективам и построению крепких дружеских связей в большой семье ЗиЛа».

Впрочем, Юрию Алексеевичу Кабану, который помимо прочего был ещё и старшим тренером по воспитательной работе команды мастеров «Торпедо», Эдуард Анатольевич мог всё высказать уже во Мценске.

Товарищ Кабан тоже поехал во Мценск, не иначе это зиловские чиновники настояли на его участии в этом странном турне.

— Товарищ Стрельцов, дорогой Эдуард Анатольевич, — пока дублёры «Торпедо» разминались перед игрой, Кабан подошёл к их тренеру, — ну что вы смотрите букой на всех вокруг? Посмотрите, какой день чудесный! Как много на вашу команду пришло посмотреть местных любителей футбола.

«Какое оно, нахрен, твоё?» — подумал Стрельцов, когда жизнерадостный Кабан замолчал. — «Это для меня или Иванова с Ворониным „Торпедо“ моё, а ты-то тут каким боком? Как пришёл, так и уйдёшь, в Москомспорт или ещё куда».