Ложь напрокат

Волосенки дыборем, в кулачищах электропила, кровавые брызги в разные стороны… И под всем этим великолепием надпись: «Опытный патологоанатом ищет хорошо оплачиваемую работу». Кстати, я буду ходить к нему на дополнительные занятия. Так интересно! Я сегодня искала под микроскопом амилоид в микропрепарате почечного амилоидоза и не нашла. Андрей Сергеевич подошел, посмотрел и сказал, что сам его не видит. Оборачивается к Лерке и спрашивает: ты, мол, не брала?..

Поняв, что я в компании лишняя, я потихоньку направилась к двери и вышла.

По-моему, этого никто и не заметил.

В спальне на моей стороне кровати лежала большая коробка конфет. С ликером. Она была так красива, что я, наверное, потеряла сознание: не помню, как происходило вскрытие… Уничтожив первые три ряда, я решила, что надо подумать о дочери. Потом пришла следующая мысль – Димке, пожалуй, ни к чему валяться у меня в ногах, вымаливая прощение за свое недостойное поведение. Достаточно и того, что в душе он все-таки считает себя виноватым. И если чувство вины в нем сознательно подогревать… Додумать я не успела.

Муж вырос на пороге и укоризненно сделал легкое замечание – нехорошо оставлять гостей без присмотра. Кого он имел в виду в числе гостей, кроме Листратова, осталось неизвестным. На замечание решился не иначе, как увидев меня с конфетами в руках. «Много себе позволяет», – решила я и вслух произнесла:

– Ну, если вам расчленять больше некого…

Димка предусмотрительно увел Алену из кухни, намекнув, что мамочка забыла свой материнский долг. Пора подсуетиться, если дочь хочет попробовать хоть одну конфету из маминого запаса.

Алена моментально скрылась с глаз долой.

Свой рассказ Виктору я начала с того самого выговора, незаслуженного, объявленного мне Татьяной за неявку на ее похороны. Листратов удовлетворенно кивнул, но было непонятно, с чем именно он согласился. То ли с тем, что выговор необоснованный, то ли еще с чем-то. На всякий случай я начала оправдываться. Он не перебивал. В дальнейшем я увлеклась и даже не заметила, как за спиной в проеме двери засел в засаде муж.

Если бы знала, не рискнула подчеркивать его дилетантство в некоторых моментах. Получилось, будто лихо водила его за нос. На рассказе о свихнувшейся престарелой тете из Тамбова Димка окончательно взбесился. Минут пятнадцать я… Да что я! Сам Листратов его не мог утихомирить. Кончилось тем, что Виктор Васильевич, злоупотребляя своим служебным положением, вытолкал его в большую комнату, где долго уговаривал смириться со своей судьбой.