Ловушка для стервы

Открывает глаза, стонет:

— Где я?

— В раю! А я архангел Михаил!

Она подскакивает.

— Михаил, какой Михаил?

— Самый святой, — смеюсь я. — Спи дальше.

— Ага, — снова ложится, закрывает глаза, но через пару секунд открывает.

— Что милая, вертолеты? — спрашиваю я.

— Истребители, — надо же, какие слова мы помним.

— Может, тазик? Глядишь, полегчает.

— Ага. И судно. Отвали от меня и заткнись.

— Понятно! Какая ты неблагодарная. Ладно. Спи.

Она отворачивается и затихает. Посмотрим, что будет утром.

Глава 18

Наташа"

"Утро после пьянки — расплата за все наши грехи, совершенные с вечера.

А я по ходу нагрешила сильно. В голове звон, во рту пустыня. Причем, вонючая. Начинаю медленно приходить в себя. Пробую открыть глаза, получается с трудом. Оглядываюсь, понимаю, что я не в своей постели. Это плохо. Неужели автопилот не сработал? Пытаюсь вспоминать вчерашний вечер. Всплывает все урывками. Но точно помню Костю. Кажется, он подрался с кем-то, потом вообще провал. Боже,? а где мой телефон, мне же на работу, сколько вообще времени? От этой мысли я окончательно прихожу в себя, сажусь в постели. Чёрт! Лучше бы я этого не делала. Голова сейчас, кажется, лопнет.

— Доброе утро, милая! — слышу насмешливый голос. Костя сидит рядом в кресле и копается в телефоне. — Я уж думал, ты впала в алкогольную кому, хотел тебе скорую вызывать.

— Не дождешься. Где мой телефон? И сколько времени? — спрашиваю я, сжимая пальцами виски.

— 11 утра.

— Сколько!? Мне же на работу, — соскакиваю с кровати, но приступ дикого головокружения заставляет меня покачнуться так, что я обязательно бы загремела на пол, если бы меня не поймали сильные руки.

— Тихо, тихо. Об этом надо было думать вчера. Сегодня уже поздно.

— Мне пи*дец, гном меня уроет.

— Расслабься. И скажи спасибо дяде Косте. Ну, и еще Веронике твоей. Мы тебя отмазали. Но только до обеда. Ты якобы в налоговой,? поняла?

Супер. Еще и Веронике досталось. Костя протягивает мне стакан с мутной жидкостью.

— Попей. Полегчает.

— Что это?

— Волшебное зелье.

Пью. На вкус редкостная гадость. Еще раз пытаюсь встать. Понимаю, что я почти голая.

— А где мое платье?

— Ты про эту маленькую тряпочку, которая даже ж*пу не прикрывает?

— Да. Про него. Это мое любимое маленькое черное платье. И потом, у меня вчера был траур.

— Да, да. Я помню. И поминки тоже.

— Соня где?

— Дома твоя Соня, — уже хорошо.

— А чего платье снял, а остальное оставил? — спрашиваю я.

— Любовался всю ночь, — усмехается Костя.