Ловушка для принцессы

Тот нашел много чего интересного, включая древний клад, который сами Мрано никак найти не могли вот уже двести лет, а нужных мне сведений, к сожалению, не отыскал…

— Ну же, — я взяла одно из писем, — в послании к айсиру Илери вы упомянули, что семейство располагает картографической схемой потайных ходов, не известных представителям рода Астаримана. Где схемы?

Молчит. Смотрит на меня и молчит. Он отца тоже молчанием достал? Мрано в застенках уже четыре дня, да, мы действуем быстро, а для захвата вот таких вот высокородных подозреваемых я использовала порталы.

Открылась дверь, вошел резкий и стремительный Динар, остановился на пороге, но лишь на мгновение. После чего мне был задан идиотский вопрос:

— Ты что здесь делаешь?

Вопрос был в высшей степени лишенным смысла, но вот два палача, что как раз таки мило «просили» графа быть поразговорчивее, почему-то мгновенно на меня посмотрели, причем с осуждением. И Свейтис, который вел протокол допроса, тоже.

— Так, — я нервно сцепила пальцы, — к чему вопрос?

Динар продолжал смотреть исключительно на меня, а затем на далларийском приказал:

— Встань! И чтобы я больше тебя в пыточных не видел!

Никто из присутствующих, конечно, ничего не понял, но оно и не требовалось — сам факт того, что кто-то смеет приказывать мне, наследнице Оитлона, уже был вопиющим, так сказать. Я встала, обошла и стол, и висящего на дыбе графа, после чего, подойдя вплотную к Динару, на далларийском же ответила:

— Не смей мне указывать!

Он и не стал.

— Нам стоит поговорить, — начал рыжий.

Я стояла и молча растирала запястье, на котором те синяки, что кесарь оставил, только сходить начали.

— Что? — не понял Динар.

— Больно, — призналась я.

Движение — и в помещении вспыхнули факелы. Не утруждая себя расстегиванием пуговиц, Динар разорвал рукав и ошеломленно уставился на отметины.

— Кат, — простонал даллариец, — это не я…

— Конечно, не ты, — я вырвала руку и опять начала поглаживать, стремясь унять боль, — но ты схватил за то же место.

Айсир Грахсовен перестал смотреть на мою руку и взглянул на меня.

— Красавчик? — последовал его вопрос.