Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Здесь деньги крутятся запредельные. В нем все на грани. На острие.

Улыбается, кривовато, порочно, тягуче. Всю меня на сквозь видит со всеми страхами, забавляю чем-то, а глаза черные, пламенем бездны полыхают.

— Завтра вылетаем. По всем организационным вопросам к Хельге.

Глава 53

Тайгер Ривз

Музыкальная тема главы

Егор Крид — Я у твоих ног

Лунный свет проникает сквозь огромные балконные решетчатые окна, делит пространство на квадраты, игру тени и света. Издали доносится шум океана. Вечерами становится холодно и я прохожу к камину, раскладываю поленья, пахнущие смолой и сосной.

Достаю зажигалку: золотую с именной гравировкой. Мой родовой герб. Лев с оскаленной мордой и инициалы. Не мои. Отца. Подношу к камину и огонь зарождается, сначала только искра: голодная, жадная, полыхнувшая со всей силой. С характерным щелчком закрываю зажигалку и прячу в карман джинс.

Сажусь в кресло и беру со столика бокал. Наливаю выпивку, и полупустая бутылка занимает свое место рядом с девятимиллиметровым другом. Делаю глоток.

Огонь потихоньку разгорается, заполняя пространство трещащим, приятным звуком, дополняется шелестом листвы за окном и звуком океана.

Провожу рукой по бороде. Это не дань модному сейчас в Европе нововведению, а часть конспирации.

Смотрю, как в камине горит огонь. Паленья трещат и всю гостиную заполняет запах сосны и масла. Должно успокаивать. Должно приносить умиротворение, но его нет. Даже вторая бутылка марочного питья не заставляет отпустить напряжение и расслабиться.

— Тай, ты ведь не всегда будешь рядом…

— Откуда такие странные мысли в твоей красивой головке, птичка?

Отворачивается, а я балдею от вида точеного профиля, от остренького носика с трепещущими ноздрями. Не прислушиваюсь к словам. Для меня все решено. С первой секунды, как услышал голос. Уже тогда упал к ногам своей Канарейки, стал рабом.

Маленькая певчая птичка даже близко не подозревает какой властью обладает надо мной.

Касаюсь белоснежных волос, ласкаю, пропускаю сквозь пальцы.

Ждет от меня слов. Но я не открываюсь. Не могу. Одно слово и все будет предрешено. Не хочу. Не могу себе позволить прикоснуться. Боюсь того, что выпущу из себя.

Обнимаю красавицу и дышу ею. Трепетная, ласковая, чистая.

Она единственная способна как всколыхнуть, так и успокоить мою тьму.

Очередной глоток пойла и я вышибаю воспоминания. Загоняю образ в самые чертоги, запираю себя.