Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Беру в руки, хочу крикнуть, чтобы забрал, но ребята быстренько смылись. Открываю страницы и бездумно листаю.

Замираю.

Сердце на мгновение останавливается, а затем меня накрывает черной, звенящей ненавистью. Тело прошивает ознобом, пальцы дрожат, но я, как наркоманка в ломке делаю только хуже разглядываю целый разворот фотографий, изучаю кадры досконально, до самых мелочей.

Губы сохнут, горло дерет и кричать хочется, столбенею. Пальцы дрожат, но я не могу удержаться, перехожу к чтению текста.

“Наследники гуляют Жарко”.

“Тайгер Ривз устроил сумасшедшую вечеринку на яхте. Мажор давно пустился во все тяжкие, забросил дела и ушел в развратные вечеринки. Пока компания преодолевает кризис, и груз всей ответственности руководством группы предприятий всецело упал на плечи состава директоров, богатый наследник предпочитает…”

Строки бегают, не могу больше читать. Смотрю на высокого мужчину в плавках, обнимающего двух веселящихся девушек в провокационных бикини. Фотографии не очень хорошего качества, снимали издали, но я узнаю черты.

Вот он настоящий монстр. Голодный до женщин, любящий играть на чувствах, предпочитающий терзать не только плоть, но и ловить кайф от агонии чужой души.

Отбрасываю газету и кладу руки на клавиши. Меня знобит. Бросает то в жар, то в холод. Тот Ривз которого я для себя нарисовала, был другим…

Ответственный, жесткий в первую очередь по отношению к себе, руководствующийся расчетом и понятием долга.

Как я могла так в нем ошибиться?! Как видела то, чего нет и в помине! Подарила всю себя! Отдалась телом, душой, позволила растерзать, уничтожить.

Подонок! Ненавижу!

— Моя ты Адель, всегда, навсегда… — чувственный глубокий голос в ушах, как будто монстр не в Европе сейчас веселится, а здесь сидит, рядом, в шею дышит.

— Лжец! НЕ твоя! Никогда не была твоей! — шепчут губы.

В эту самую секунду меня накрывает. Руки сами плывут по клавишам. Незнакомая мелодия льется нотами прямиком из сердца и души, заставляя все внутри содрогаться, наполняться и пропитываться клубком эмоций.

Погружаюсь в мир личных переживаний, мало обращаю внимание на толпу работников клуба, которые в дневной час исполняют свои обязанности по поддержанию порядка в этом злачном заведении.

Моя молчаливая исповедь.