Ловушка

Мне не разрешали играть с другими детьми, не позволяли иметь свободное время. Только учеба и тренировка силы и разума. Отец хотел сделать из меня такую же бездушную статую, как он сам. Но я был категорически против. Поэтому уже с десяти лет, прекрасно зная график прихода своих надзирателей, стал учиться вскрывать защиту, которую маги ставили на кабинет, где я должен был заниматься. В тринадцать уже мог дать фору любому криминальному авторитету по части вскрытия магических контуров. Выбирался через окно и убегал в город, где развлекался с другими детьми.

И мне было плевать, что они не аристократы, с ними было интересно.

– И когда тебя поймали? – спросила, догадавшись, что не все так просто и безоблачно, и оказалась права.

– Мне стукнуло семнадцать. Выбравшись, как обычно наружу, отправился в город кутить с друзьями. В кабинете на всякий случай оставил следилку, если вдруг кто-то появится раньше запланированного времени. Когда поступил сигнал, услышал его не сразу. Пришлось попрощаться с друзьями и броситься обратно.

В кабинете сидел разгневанный отец. Меня впервые выпороли так, что три дня не мог встать с кровати, а лекарям запретили ко мне приближаться. Потом и вовсе поставили перед фактом, что я обязан жениться, чтобы укрепить мирный договор. Все бы ничего, но, увидев принцессу, я еще три дня пролежал в отключке.

– Дай угадаю, уж не Мариссия ли это? – хохотнул Ксьер. Мир обреченно кивнул. – Попал ты, парень.

В голосе ледышки на миг промелькнуло сочувствие. Но никто из нас не проникся, мы не понимали, о чем речь.

Повисшую паузу нарушила Галина:

– Может, расскажете, чем так ужасна принцесса? И зачем именно тебе на ней жениться?

– Я так понимаю, ты у нас принц? – спросила одновременно с подругой.

Мир обреченно кивнул и пояснил:"

"– Мариссия – орчанка. Эта раса и так красотой не отличается, но она даже по меркам орков страшна до безумия. Выше меня на три головы, в обхвате тоже три меня, лицо оплывшее, вечно злые маленькие глазки, выпирающие клыки вызывают отвращение. И самое главное, закон орков гласит: свадьба – это поединок, кто выиграет, тот и становится главой семьи.

Магию применять нельзя. Понятное дело, в схватке без магии я бы против нее и минуты не выстоял, она же способна на одну руку меня положить, а другой прихлопнуть. Ее хотели спихнуть мне, больше никто не рискнул связываться. Отец мой протест проигнорировал, и тогда я сбежал. Оставил записку, мол, пусть король сам женится на этом ужасе, коли ему так важен договор с орками.