Лорд-разбойник

Люк отнесся к ее чувствам с уважением, хотя оставалось еще много вопросов, которые ему хотелось бы ей задать. Он стал молча наблюдать, как она ест апельсин, но ему пришлось отвести глаза, потому что его пронзил неожиданный приступ желания. «Надо держать себя в узде, — подумал он, — не то она может напугаться».

Какое-то время оба молчали, потом девушка вдруг спросила:

— А вы всегда жили здесь? Я хочу сказать — в Лондоне...

Стараясь не замечать, как ее розовый язычок слизывает с губ апельсиновый сок, он ответил:

— Я жил недалеко от Лондона.

— А что привело вас в Лондон?

Вопрос застал его врасплох, хотя ему следовало ожидать его. Но разве мог он сказать правду? Разве мог рассказать о том, как после смерти матери его переманили сюда еще мальчишкой, чтобы обучить воровству? К счастью, ему удалось избежать судьбы вора, но он все же решил мстить тем, кого считал виновными в смерти матери.

— Возможно, та же причина, по которой и вы приехали в Лондон, — ответил Люк. — Больше нигде не мог заработать на жизнь.

Девушка молча кивнула и снова занялась завтраком. Немного помедлив, Люк к ней присоединился.

Перл не удалось удовлетворить свое любопытство относительно того, чем занимается ее неожиданный спаситель.

Однако ее нынешнее положение оказалось куда лучше, чем она ожидала. Во-первых, ей удалось сорвать матримониальные планы своей мачехи. Кроме того, она хотела узнать, как живут простые люди — а те, что жили в квартале Севен-Дайалс, были самыми бедными, если не считать, конечно, Сент-Клера, которого вряд ли можно было назвать бедняком.

Еще накануне ей почудилось, что этот человек вызывает в ней какое-то волнение. А теперь оказалось, что оно даже усилилось. Когда она слышала его голос, у нее начинала кружиться голова. Впрочем, это ощущение нельзя было назвать неприятным. Когда же она смотрела в его глаза, у нее возникали какие-то странные желания…"

"«Ты думаешь вовсе не о том!» — одернула себя Перл.