Лорд-разбойник

— А Доротея?

Хардвик вздрогнул, будто от удара.

— Откуда ты… Неужели она… — Он окинул взглядом комнату, словно ждал, что вот-вот появится еще одно привидение.

Люк с трудом удержался от улыбки. Он молча ждал ответа.

— Да, я виноват, — пробормотал Хардвик. — Поскольку ты умер, я решил не останавливаться на достигнутом. Я приказал Крэнли сжечь Дауэр-Хаус… А там находились твоя жена и сын. Крэнли молчал все эти годы, потому что я хорошо ему заплатил.

Люк медленно поднял руку и, направив указательный палец на бледного и дрожащего Хардвика, заявил:

— Виновен.

— Что?..

— Виновен! — произнес Люк еще громче и сделал шаг вперед.

— Но я…"

"Люк сделал еще один шаг, и тут Хардвик, не выдержав, с диким воплем бросился бежать. Уже внизу закричал:

— Крэнли, вставай! Собери мои вещи! Мы немедленно уезжаем из Лондона! Нет-нет, не спрашивай!.. Выполняй приказание!

Люк оставался в спальне еще несколько минут. Потом, воспользовавшись потайной дверью и коридором для прислуги, прошел в кладовую и выбрался из дома.

— Уехал из города? — удивилась Перл. — Что ты хочешь сказать? Почему?

Горничная пожала плечами.

— Говорят, что он уехал среди ночи. Я решила, что вы захотите об этом узнать, но кроме этих слухов, я ничего не знаю.

— Каких слухов? Хетти замялась.

— Поверьте, я обычно не люблю глупых слухов, но мне точно известно, что за день до его внезапного отъезда почти все его слуги потребовали расчет. Говорят, что в Хардвик-Холле завелись привидения.

Это было так неожиданно, что Перл рассмеялась.

— Привидения? Ты хочешь сказать, что привидения выгнали лорда Хардвика из дома?

— Я этого не говорю. — Хетти смутилась. — Я просто передаю вам слухи.

— Вероятно, лорд Хардвик вообразил, что его преследует мстительное привидение. Ведь его совесть нечиста… А вдруг он неожиданно сошел с ума и это напугало его слуг?

— Можно принять и такое объяснение, — согласилась Хетти.

Перл все еще не получала никаких известий от Люка. Судя по всему, он не собирался ничего предпринимать.

— Пошли Джона Марли за миссис Стедмен, — сказала Перл. — И еще… Узнай, будет ли у моего отца свободное время сегодня днем. Справедливость должна наконец восторжествовать.