Лорд, который влюбился

На мне висели учебные планы и необходимость готовиться к занятиям – увы, но преподавать, как выяснилось, не так легко.

И я уже достал из ящика стола папку, даже просмотрел пару листков, как в приоткрытую дверь просунулась голова Иверса. Я украдкой усмехнулся – понимал, зачем он пришел. Известие о том, что «пишу статью», повергло Иверса в глубокое недоумение. А тот факт, что привлёк к процессу адептку, заставил вытаращить глаза. О теме работы бывший сокурсник выспрашивал активнее других, так что его визит был ожидаем.

"Ну-ну. Если Иверс надеется определить тематику статьи по лежащим на столе Эрики книгам, его ждёт небольшой сюрприз.

– Рэйн, можно к тебе? – спросил визитёр, и я приглашающе махнул рукой.

Коллега вошел и, как и предполагалось, тут же уставился на стол ассистентки. Я усмехнулся снова: конечно, магия иллюзий – не моя специализация, но что-то я всё же умею.

Иверс что-то промычал. Потом обратился к Эрике и направился в глубь кабинета. А упав в гостевое кресло, выдал: – Надо же. Я до последнего думал, что ты пошутил.

Я оптимистично оскалился, а коллега скользнул взглядом по папке и уточнил:

– Учебные планы? – Потом шумно вздохнул и добавил: – Слушай, а почему именно Эрика?

Я вопроса, честно говоря, не понял.

– А почему нет?

– Ну-у… – протянул Иверс, чуть улыбнувшись, – насколько мне известно, желающих помочь тебе в сборе материала предостаточно. В смысле, есть множество адепток, которые бы порадовались, а Эрика счастливой не выглядит. И она, если помнишь, занята.

Да, про Грэгстора Акстера я не забыл, и буквально вчера наблюдал этого отпрыска древней фамилии в фехтовальном зале. Парень не сделал ничего плохого, но я всё же чувствовал к нему неприязнь.

А касательно заданного Иверсом вопроса…

– Примерно поэтому.

– Хочешь сказать, что ты не в восторге от внимания адепток? – искренне изумился коллега.

Я хмыкнул и отрицательно качнул головой, чем вызвал новый прилив изумления и тихое:

– Ну ты вообще.

Несколько секунд мы молчали – Иверс переваривал произошедшее, а я ждал, когда он, наконец, поверит.