Лорд, который влюбился

Коридор, еще один, взлет по лестнице и короткая пробежка. Я остановилась перед знакомой дверью его комнат, восстанавливая дыхание, а потом постучала.

Раз, второй, третий…

Не дождавшись ответа, я поджала губы, а следом пришла неприятная догадка – вдруг Рэйн там не один? Вдруг он там… с кем-нибудь?

И так больно стало. Так горько, что я тут же отскочила. Но стоило сделать глубокий вдох, как пришло понимание – мне лучше на это посмотреть. Угу, именно так. Взглянуть, увидеть магистра в объятиях другой и разлюбить раз и навсегда, потому что подобное не прощается.

"Придя к этому выводу, я шагнула обратно к двери и нажала на ручку – дверь неожиданно поддалась.

То ли не заперто было, то ли очередное остаточное явление от той помолвки – не знаю, заморачиваться я не стала. Вместо этого стремительно прошла в спальню, и… никого? А где все?

Постель была застелена, на ней лежал камзол Рэйнера и посторонними духами в воздухе тоже не пахло.

Я тут же скользнула к двери, но осеклась, осознав, что именно собираюсь сделать, и попятилась. А воду как раз выключили, пространство наполнила тишина.

Несколько похожих на вечность минут я стояла и кусала губы. Когда уже отчаялась, а воображение нарисовало неприличную сцену с участием магистра и гипотетической дамы, из ванной вышел Рэйнер Варкрос. В одиночестве.

Он был мокрым и голым, наготу прикрывало лишь обмотанное вокруг бедер полотенце…

– Эрика?

– Добрый день, магистр! – приседая в реверансе, нервно воскликнула я.

Сказала и сглотнула, потому что тело у Рэйнера было прямо-таки сказочным. Эта широкая грудь, рельеф мускулатуры, украшенный кубиками пресс… А руки? Сильные, и способные сжимать в объятиях так сладко, что от одних лишь мыслей голова кружится.

Я… я…

Так. Хватит. Я пришла сюда вовсе не для того!

– Что ты тут делаешь? – после долгой удивленной паузы уточнил Рэйн.

– Я по делу.

Боевой маг высшей категории заломил бровь и сложил руки на груди. В результате обмотанное вокруг бедер полотенце осталось без страховки, и я нервно кашлянула – если полотенце вдруг начнет соскальзывать, то подхватить его Рэйнер не успеет.

Щеки тут же опалил румянец, и во взгляде магистра появилось этакое смешанное с весельем подозрение.