Лорд, который влюбился

 – Я наконец заставила себя повернуть голову, чтобы увидеть, как Рэйнер раскидывает в стороны руки. – Я стою здесь и предлагаю. Достань меня! Попробуй убить.

Эти слова были подобны резкому удару под дых. Он что несет? Совсем ополоумел?

Впрочем, шок испытала только я, а Верховный остался спокоен… Зато задумался, словно теперь предложение поединка обрело какой-то смысл.

Пауза длилась долго, и Рэйнер молчал, не мешая Повелителю Мертвых земель, а я даже дышать боялась…

Наконец прозвучало:

– Хорошо. Допустим.

Твой приз – девушка?

– Ты отдаешь эту девушку и больше никогда к ней не прикасаешься. Не преследуешь и не трогаешь ни ее, ни ее семью, ни потомков. Вообще забываешь о ее существовании.

Я вздрогнула и поежилась, а Вирт хмыкнул…

– А каков мой приз? – спросил он.

– Если выиграешь, то…

– То девчонка моя, – перебил Верховный. – И ты мой. Вернее, то, что от тебя останется. Хотя на кой мне твои обугленные кости, Варкрос?

Еще секунда и возникло чувство, что это была очередная мышеловка.

Что Верховный с самого начала был готов драться, но решил дать Рэйнеру увязнуть в этой игре. Просто то, что прозвучало после…

– Только драться будем не до первой крови, а насмерть, – Вирт склонил голову на бок и улыбнулся.

Меня от этой улыбки буквально подбросило в воздух.

– Нет! – взвизгнула я.

Я была против. Абсолютно. Полностью. Даже вскочила, хотя ноги не держали, и развернулась, чтобы вперить в магистра Варкроса испепеляющий взгляд.

Суть происходящего понимала, и цену тоже, но… я не могу позволить ему умереть.

Не могу позволить умереть любимому человеку! Ведь драться насмерть в Верховным, это не поединок, а самоубийство. Рэйнер только что сражался с алларинами, он вымотан, но даже будь Варкрос свеж как утренняя росинка, Верховный все равно сильней!

– Нет. – Повторила я уже спокойнее.

– Хм, – прозвучало за спиной. – А девочка-то, как выяснилось, хочет интимных приключений. – Да, монстр издевался.

Рэйн внимания на издевку не обратил, и даже улыбнулся, причем исключительно мне.

Улыбка была ласковой, но… прощальной, и от этого стало невыносимо больно.

– Адептка Тизар, благодарю, но вашего мнения никто не спрашивал, – сказал магистр мягко. И после паузы: – Ваше поведение обсудим после сессии.

Что?

– Сессия уже прошла, – возмущенно напомнила я.

Рэнейр подарил новую улыбку и парировал:

– Первая прошла. А сколько еще будет?

Глупость, разумеется, но я не поленилась посчитать.