Лорд, который влюбился

Но стоило переступить порог кабинета, как прозвучало веселое:

– Рэйнер, я понимаю дверь, но преподаватель!

– Я его не взрывал, – сказал чистейшую правду.

– Ты ему физиономию начистил, – Аларс посерьезнел. – Рэйн, все чудесно, но с твоим уровнем физической подготовки стыдно вступать в подобные поединки. Кто ты и кто он?

– Он – боевой маг, который должен… – эту часть фразы я сказал с нескрываемым удовольствием, – …понимать кому бросает вызов.

Аларс глянут строго. Декан Нейте, который тоже находился в кабинете, посмотрел с осуждением, и я даже хотел объяснить непосредственному начальству, но в этот момент в дверь постучали, и в обитель ректора заглянул пухлый румяный старичок с пышными, завитыми по старинной моде усами.

– Доброе утро, – мягко сказал он. – Вы меня вызывали?

– Да, магистр Товентрэйс, – отозвался Аларс. Приглашающе махнул рукой и добавил: – Прошу.

Прежде с деканом факультета Артефактного дела я не сталкивался. Даже во время непосредственной учебы в академии, Товентрэйса не встречал.

Сейчас этот самый человек выглядел немного удивленным, особенно после того, как ректор активировал дополнительную защиту, которая проявилась как дублирующая полупрозрачная стена по всему периметру кабинета.

Наше с Нейте присутствие тоже стало поводом для легкого недоумения…

– Что-то случилось? – спросил Товентрэйс. Он пересек кабинет и сел.

Ректор тоже опустился в кресло – занял положенное место за массивным столом и поджал губы.

Повисла недолгая пауза, потом прозвучало:

– Да, случилось. Полагаю, ты знаешь, какой эпизод может интересовать коллег с боевого факультета, – произнес ректор.

Декан артефакторов не дрогнул и, кажется, не догадался. На лице появилось такое выражение, словно Товентрэйс усиленно перебирает варианты.

– Коллеги прослышали о наших разработках в вопросе замедления боевых шаров? – наконец, выдал предположение он.

Мы с Нейте переглянулись. Замедление пульсаров? О-очень интересно…

– Но практических результатов пока нет, – развел руками артефактор. – В теории щиты должны работать, а на практике – увы.

Мы с Нейте переглянулись снова, а Аларс кашлянул.

– Нет, – сказал он. – Речь об одной адептке. Первокурснице, которая поступила в академию незаконно.

Вот тут Товентрэйс догадался и вспыхнул. То есть раньше был просто румяным, а теперь превратился в перезревший помидор.