Локки 7. Потомок бога

Полы её серого плаща распахнулись, показав тонкую розовую вязаную кофточку, натянувшуюся на внушительной груди.

— Какой популярный вопрос. И я ведь уже несколько раз отвечал на него. Бог. Ну, почти бог, — нехотя поправил я сам себя и снова стал стягивать с трупа штаны, решив не обращать внимания на женщину.

А та, кажется, всё же не поверила мне. Наверняка она посчитала меня каким-нибудь сбрендившим магом.

Женщина судорожно вздохнула и торопливо встала, будто вспомнила, что от лежания на холодном асфальте можно и цистит заработать.

— Простите, — прохрипела она, поспешно вытерев губы рукавом плаща.

— Да это для меня обычный понедельник.

— Сегодня среда, — автоматически проговорила девица, обратив на меня пристальный взор, внезапно зажёгшийся какой-то безумной надеждой.

"— В том числе, — проронил я и, нисколько не смущаясь, снял кожаные штаны, дабы надеть современные брюки дуболома.

— Заклинаю вас, спасите мою дочь! — метнулась ко мне женщина и упала на колени, схватив меня за обнажённую волосатую ногу. — Она при смерти. Возможно, она уже… уже…

Губы смертной задрожали, а из горящих безумной мольбой широко раскрытых глаз снова брызнули слезы. Они заскользили по её щекам, срываясь с подбородка.

— Я… я буду служить вам, всё отработаю, — лихорадочно прошептала она, сглатывая слёзы.

Признаться, даже моё чёрное и чёрствое сердце дрогнуло, робко шепча, что я всё же могу выкроить немного времени на то, чтобы потратить его на горести смертной.

— Ладно, хватит плакать. Ты и так уже выплакала годовую норму. Веди меня к своей дочери. Посмотрю, что можно сделать. Только быстрее. У меня дел невпроворот, — пробурчал я, пытаясь казаться хмурым и мрачным, хотя, конечно, это довольно трудно сделать, стоя в одних трусах.

— Благодарю! Благодарю! — жарко выпалила она и попыталась расцеловать мои руки.

Пришлось отпрыгнуть от неё и поспешно натянуть брюки. А женщина уже вскочила на ноги и горячечно махнула мне.

Я пошёл за ней по хитросплетению узких проулков, арочных проходов и дворов-колодцев.

В один из последних она меня и привела. В совсем крошечный, окружённый четырьмя узкими трёхэтажными деревянными домами, шириной в пять мутных окон.