Локки 3. Потомок бога

— И что же делать? — хмыкнул я, озорно глянув на мрачную мулатку.

— Надо идти, — понуро опустила голову баронесса, искоса посмотрев на меня.

— Обсуждение новых условий сделки пока откладывается? Я всё ещё твой жених? Или ты обрадуешь родственников, сказав, что мы разбежались?

— Почему же откладывается? Можно и обсудить, наслаждаясь видами города, — проговорила девушка, скользнув взором по белокаменному храму, посвящённому Перуну. — Мне думается, что наша сделка изжила себя. Многое изменилось.

— Понимаю, к чему ты клонишь, — усмехнулся я.

В глазах девушки на миг полыхнул огонь, но она быстро усмирила его и проронила:

— Да, я тоже так считаю. Только давай объявим о разрыве в понедельник, а в воскресенье повидаемся с моими родственниками. Не хочу, чтобы они расспрашивали меня и утешали, если мы сегодня сделаем вид, что расстались.

— Договорились, — согласился я, остановился напротив девушки и сверху вниз посмотрел ей в глаза. — Только помни, что я сильно расстроюсь, если ты выдашь мои секреты.

— Я баронесса из древнего рода, а не какая-то базарная баба, любящая почесать языком, — гордо вскинула она подбородок, негодующе раздувая крылья носа.

— Помни об этом, — процедил я, наградив её кривой ухмылкой, обещающей страшные муки в случае разглашения моих тайн.

Смертная шумно сглотнула и отвернулась, не выдержав моего колючего взора.

Впрочем, уже через миг я снова улыбался и даже приглашающе указал девушке на небольшой сквер, где щебетали нахохлившиеся птички.

Мы гуляли по центру столицы пару-тройку часов, а затем вернулись в гостиницу, чтобы передохнуть и подготовиться к балу, назначенному на вечер.

Румянцева в номере не оказалось, но там обнаружился Хродгейр. Огромный, с неизменной повязкой на глазах и в таких одеждах, словно явился прямиком из времён, когда викинги грабили Европу. Под его весом поскрипывало кресло, а воздух пах крепким мужским потом.