Ло. Лётная школа

Потряс тяжелой, короткостриженой башкой, проморгался и прислушался. Родился жуткий свист. Сначала тихий, он нарастал.

— Амба, — сказал мужик и подмигнул мне, — как тебя зовут, парень?

— Ло, то есть Лео, — меня мутило крепко, но я заставила себя говорить.

— А меня Иван, то есть Ваня. Прощай, Ленька! Встретимся на небесах.

Звук падения сделался оглушающим. Норовил перейти за грань слуха. Я зажала уши ладонями. Иван спокойно лег на свои вещи, положил руки за голову и уставился в потолок. Приготовился? Остальные участники злосчастного рейса были здесь и около.

Я не глядела туда.

— Не-ет! — заорала я уже никому не слышно. Натянула капюшон куртки на голову, отвалилась спиной к жесткому борту, вцепилась намертво пальцами в искусственную кожу обивки лавки. Под правой рукой корябалась дыра. Я не умру. Я не хочу. Еще чего! Неназываемый, сила твоя! Я хочу в небо! Я хочу летать над облаками!!!

Дикий звук пошел на убыль. Тело самолета сначала выровнялось, потом стало задираться вверх в рискованный угол к горизонту.

Резко мотануло вправо и потащило в хвост. Огромный тяжелый ящик падал строго на меня, за ним следом неслись мешки, коробки, люди. «Не так быстро! Стоп!» — вопила я беззвучно самой себе. Самолет будто бы послушался. Вырубил двигатели. Все поплыло в невесомости. Человек по имени Иван завис в воздухе рядом, нелепо растопырив пальцы. Я протянула ему одну руку, другой уцепилась за боковой поручень. Оп! Очнувшаяся сила тяжести и Ваня чуть не разорвали меня надвое. Я бы не удержала его ни за что на свете, но парень вовремя поймал штангу боковой двери и спас меня в ответ. Ящик, красиво поворачиваясь, пролетел перед нашими носами, упал и разбился. Лопнул синий бумажный мешок, за ним еще что-то шлепалось и впечатывалось друг в друга. Грохот и отборный мат. Люди перемешались с предметами. А железная птица вынырнула в чистое небо. Грязная грозовая вата осталась внизу. Слева месяц сияет серебром, справа рассвет розовеет, яркие звездочки везде подмигивают. Покой и чистота.

— Эй, парнишка, ты как? — Иван, радостно скалясь, заглядывал мне в лицо. передумал умирать. Рыжий, здоровенный. Курносый подданный Империи, к гадалке не ходи. Лет двадцать пять на вид. — Чудо, брат Ленька, произошло! Чу-до! Ты че молчишь? Глотни воды.

Я послушно отпила из армейской фляги. И задохнулась."

"— Что? — удивился Иван. Перемазанный в ходе полета к небесам, он смешно таращил ярко-голубые глаза. Принюхался, — А! сори, пацан, это водка. Вот тебе вода.