Ло. Лётная школа

Конники перестали попадаться, зато параллельно загудели экономными дизелями семейные минивэны и универсалы. Среди пышных цветников замелькали сады и теплицы. Архитектура сделалась практичнее и веселее. Ярче и смелее в цветах и смешении жанров-оттенков. Красила вывески и названия золотой и пурпурной красками щедро. Ничто здесь не стремилось к небу в душевной простоте. Каждое авто или здание торопилось выделиться, показать солнцу, а особенно соседу, что тоже не хлебает лаптем щи.

— Тормози, — велел Кей-Мерер. Выпрыгнул красиво из открытой машины прямо поверх дверей.

Смахнул небрежным жестом несуществующую пылинку с рукавов. Обернулся к моей персоне. — Почему ты соврал, что не умеешь водить машину?

Тут он сделал паузу. Такое чувство родилось, что командир подбирает мне название. Еще какое-нибудь, кроме надоевшей фамилии. Не подобрал. Глядел молча, приподняв красивую бровь.

— Я не врал, — я не врала, впервые в жизни сидела за рулем автомобиля. Рулила когда-то давно космическим легким катером. Еще год назад морской яхтой управляла в Океании и транспортом на воздушной подушке, но такой примитивной машиной, да еще в городе — нет.

 — Я впервые.

— Что-то ты не договариваешь постоянно, Петров. Это раздражает, — сообщил комэск в своей нудно-надменной манере и первым вошел в здание.

Шух! Пронеслось перед носом. Как пуля. Или муха. Резкое движение воздуха обожгло льдом кончик носа. Я тряхнула головой. Принюхалась.

У меня редкое обоняние. Сверхточное. Мне давно не приходилось им пользоваться. Я и не хотела.

Засунула это умение в известное место четыре года назад, когда дала честное слово Андрею вести себя прилично и быть такой. Как все. Не было нужды. Ни разу в Сент-Грей не понадобилось. Идиотский сон растревожил старые струны. В чем дело?

Не дав себе заколебаться в предчувствиях, я нырнула в сумрак дома следом за начальником. В нос ударила жизнь большой семьи. Деды, бабки, невестки, сыновья и внуки. Скандалы, свары и пронзительная любовь. Страх. И древний, всеми забытый покойник, вмурованный в стену лет триста назад.

Этот-то зачем всплыл? Все глушил сверху аромат розовой пудры. Изысканный зверски."

"Чертовски красивая женщина в черном платье и кроваво-красной косынке на беломраморных плечах плыла бронебойной торпедой к моему командиру.

— Максимус! Дорогой сын! Каким богам я должна принести благодарную молитву? Как счастливо мы встретились! — она протягивала лапки в кружевных красных перчатках Кей-Мереру. Старше его была от силы лет на семь.