Люфтваффельники

Негодующая толпа удивленно притихла, так как события начинали развиваться нетипично. Как прочистить забитые очки таким спортинвентарём, как штанга никто не знал, а учиться, согласитесь, никогда не поздно.

Я, на правах дневального, заглянул в туалет и увидел следующее — Нахрен подошёл к технологическому отверстию канализационной системы, на секунду задумался, сунул руку в карман галифе и вытащил. . взрывпакет (именно такой же, какой Витя Копыто удачно ловил на аналогичных учениях — отдельная история).

Ротный поджёг шнур, аккуратно опустил взрывпакет в технологическое отверстие, накрыл его ведром, благо оно стояло рядом. Сверху на ведро положил, один на другой два блина от штанги, что принёс Филин, а сверху на блины, поставил самого курсанта Филина и поспешно вышел из туалета.

Прогремел взрыв!!! Усиленный в замкнутом пространстве системы канализации, эффект его был просто неописуемо потрясающий. Филин, оправдывая свою фамилию, происходящую от названия ночной хищной птицы, широко округлив удивлённые глаза до размера суповых тарелок, подлетел к потолку, вперемешку с блинами от штанги и разорванным в клочья ведром.

«Как мячики у жонглёра в цирке» — почему-то подумалось мне. Пять очек, словно праздничные орудия, салютовали своим содержимым, и на потолке (5-ть метров высоты) звёздными разводами отразилось месиво из канализационной системы. Сами чугунные очки, не выдержав гидроудара, сорвались с цементной подушки, и их разметало как пушинки. Одно очко просто раскололось. Система канализации казармы была разрушена до основания, циркуляция сточных вод нарушилась, и на полированный мраморный пол туалета, бурля и пузырясь, ринулся зловонный поток из туалета наших соседей сверху — 16-й роты.

Филин, не желая больше быть подопытным участником взрывотехнических экспериментов, благоразумно затерялся в толпе зрителей. Причём, в момент своего отползания на четвереньках, он больше не напоминал мудрую птицу — талисман передачи «Что? Где? Когда?».

Он скорее походил на старую, грязную, зловонную жабу, а его форма, некогда однотонной расцветки хаки, приобрела камуфлированную окраску с большими коричневыми пятнами.

— ЗаеBeetles, — промолвил Витя Копыто, просунув свою вездесущую белобрысую голову в дверной проем раскуроченного туалета.

Нахрен угрюмо взирал на результат своих глубокообдуманных действий. Долго бы он так стоял в состоянии ступора, если бы не неожиданный визит.