Любовные утехи русских цариц

Она, как женщина добрая и отзывчивая, животных любила, терпеть не могла жестокости и в слезах убегала, когда ее никудышный муженек Петр III с исключительным садизмом мучил собак, называя это дрессировкой. И мы без слез не можем читать воспоминания Екатерины II, в которых она, тоже со слезами на глазах, описывает способ дрессировки собак своим мужем: «Великий князь с необыкновенным терпением дрессировал нескольких собак, наказывая их ударом бича, издавая при этом охотничьи выкрики. Однажды я услышала страшный, протяжный собачий вой.

Моя спальня, где я сейчас сидела, находилась рядом с комнатой, в которой совершалась дрессировка собак. Я открыла дверь и увидела великого князя, который, подняв за ошейник одну из собак, приказал Калмыку держать ее за хвост, толстой рукояткой своего бича изо всей силы бил бедное существо. Я стала просить, чтобы он сжалился над несчастной собачкой, но он, как бы назло, начал бить еще сильнее»[21].

В. Л. Боровиковский. Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке.

1794 г.Собак любил и сын Екатерины Великой Павел. У него всегда в ногах лежал его любимый шпиц. А вообще-то надо сказать, что он на чистокровность породы своих собак мало внимания обращал. У него любая понравившаяся ему дворняжка могла быстро карьеру сделать и первенство среди «чистокровных» занять. Это мы говорим современным псевдособачникам, для которых «чистая кровь» — это все. Хоть и не родись вовсе бедной дворняге, пусть она и умница-разумница, не хуже Каштанки, и ласковая и красивая, но наши «новые русские» на нее и не посмотрят — им заморскую экзотику подавай: то величиною с дамский кулачок, то со среднего теленка. Павел собак любил за их характер, за их суть, а не за экзотическую породу.

В те времена собачек не только любили, их просто боготворили. Ими одаривали в знак особого расположения, ими гордились; Генрих III принимал иностранных послов, держа на руках и поминутно целуя маленькую черную собачку, которую получил в подарок от Марии Стюарт.

Прямо неземной любовью одаривала английская королева Виктория своих собачек.

Будучи в гостях в Париже у Наполеона III, осыпаемая там королевскими почестями, вздыхала: «Прямо как в раю, вот только моей собачки не хватает». Ну, Наполеон III, за державу опасаясь, как бы мрачное расположение духа английской королевы на переговоры не повлияло, живо снарядил курьеров, и те через три дня, запыхавшиеся, положили на колени королевы ее любимицу, доставленную прямо из английского Виндзора.