Любовница. Книга 1 (СИ)

Узрела недовольную морду лица Харниса, и вежливо, между прочим очень вежливо сообщила:

- Мы будем очень рады, если вы сумеете известить нас о наиболее удобном для вас времени встречи.

А в ответ это хамло прошипело:

- Сколько ты хочешь, девка человеческая?

Задумалась над вопросом. Перед глазами упорно вставало десять сыночков с глазами едва выпавшего цвета, которые становятся красными, стоит им разгневаться... Хм. Вспомнила, что шеф радовал меня снежно-белым взглядом только в момент эпического изречения ""Вы станете моей любовницей"", а с момента как я его замок разгромила, глазеюки были постоянно только красными.

- Виэль! - попытался дозваться до меня Харнис.

Надо же, вон и имя мое выучил, забавно. И с глазами лорда Эйна забавно очень, и непонятно, а уж как любопытно.

- Так сколько? Назови цену. Любую. Черт возьми, я готов уже практически на все.

Ловлю на себе заинтересованный взгляд подвешенного на розовых шелковых лентах страдальца в туфлях, решаю, что надо бы подумать.

- Пора поесть.

Лицо Харниса изобразило крайнюю степень удивления, смешанного с возмущенным презрением, мужик в туфлях страдальчески простонал, а я:

- Между прочим, с утра не ела ничего кроме тортика!

Встала, вышла из кабинета в пустой коридор. Посмотрела вправо - никого. Посмотрела влево - никого. Повысив голос, задумчиво сообщила пустым стенам:

- А кто-то совсем голодная."

"Стены не отреагировали, но послышались голоса, шорох шагов, и слова ""Голодная, еду, срочно еду!"" от перепуганной прислуги.

Я вернулась за стол, посмотрела на Харниса. Харнис посмотрел на меня и сделал мне с его точки зрения шикарное предложение:

- Мой сэльдовский дворец и две кухни будут в полном твоем распоряжении. Повара привыкли готовить для пиров, соответственно семь дней в неделю, двадцать четыре часа в сутки у тебя будет масса еды.

- Едет, - кивнула я, и добавила, - но мимо, ибо я столько не ем.

И снова перевернула зеркальце донышком вверх. Сосредоточилась на записях, и только собиралась спросить зеленомордого о подснежном народе, как стекло это говорительное задрожало снова. Приподняла и устало, но крайне вежливо произнесла:

- Мы ценим ваше внимание. Всего добро...

И тут от зеркальца донеслось:

- Начальство свалило переговариваться в кабак.