Любовница Его Величества (СИ)

Тяжело дыша, Катарина с ужасом смотрела на довольно ухмыляющуюся королеву, и чувствовала, как очертания Ее Величества медленно расплываются.

— Вот уже и подействовало, — Алиссин предвкушающе улыбалась, — я насыпала совсем немного, потому что нам с тобой придется быть очень сдержанными, моя Кати… Но с другой стороны я готова и потерпеть, главное мы наедине… ну почти…

— Что вы мне дали? — прошептала девушка, чувствуя, как странное тепло расплывается по всему телу.

— Тебе понравится, — прошептала королева, пересаживаясь ближе к ней, — только старайся стонать не очень громко, Кати… Не хочу, чтобы Дариан присоединился…

Прикосновение губ Алиссин на этот раз опаляло огнем.

Тихий смех королевы, и восторженное:

— Кати, а ты страстная… Моя Катарина!

Рука королевы двинулась вверх по ее ноге, и Кати выгнулась от удовольствия, тая от умелых прикосновений, Алиссин едва успела накрыть ее вскрик губами, и страстно целовала, чувствуя, как девушку сотрясает впервые испытанное наслаждение.

"Дариан все же услышал сдавленный стон, и с ухмылкой подумал, что его львица снова развлекается. И он уже был не против. Теперь король четко осознавал — ему нужна Алиссин. Эта яркая, горделивая, опасная и такая развратная львица. Он уже предвкушал их ночи во дворце, и сладкие стоны Кати…

Стон повторился снова, и на этот раз он принадлежал Алиссин. Любопытство Его Величества было на пределе, но приходилось держать лицо, и двигаться верхом.

— Как ты этого добилась?

— Ш-ш-ш, — предупреждающе произнесла Алиссин, но было уже поздно.

Дурман отступил, страх, который для нее олицетворял сам Дариан, охватил девушку, и Катарина мгновенно отпрянула от королевы. Села, нервно поправляя одежду, потом застонала, закрыла лицо руками, опустила голову и заплакала.

Алиссин гневно смотрела Дариана, и одними губами прошептала:

— Слишком рано!

— Что здесь было? — так же еле слышно спросил король.

— М-м-м, — Алиссин мечтательно подняла глаза к небу, на губах ее блуждала полная блаженства улыбка.

— Вас оставить? — хмуро спросил Дариан.

Королева кивнула, ласково улыбнулась супругу и принялась застегивать платье. Угрюмый король снова был вынужден путешествовать верхом.