Любовница Его Величества (СИ)

— Нет… — Кати откашлялась, — на море мы не отходили от берега, и там вода… держит.

— Ну… привыкай к окружающей среде, — раздраженно предложила Алиссин, но держать продолжала одной рукой, а второй боролось с течением, которое относило их к середине реки, — а ты как-то изменилась… тренировалась?

— Немного, — стуча зубами, призналась Кати, — отец заставлял…

— Уважаю твоего отца, — Алиссин усмехнулась, — и вроде умный, а как же он тебя Арнару отдал?

Катарина невольно ответила:

— Он не хотел…

— Старших нужно слушаться, — Алиссин зацепилась за ветку, от упавшего на берегу дерева, и теперь пыталась отдышаться.

— Меня? — враждебно спросила Катарина.

— Не-е-е-ет, — на этот раз Алиссин прижалась к ее губам, — ты моя слабость, Кати, а у нашего Дарри слабость только одна — он добрый.

— Сомневаюсь, — демонстративно вытирая губы, произнесла Катарина.

— Так, поговорили, и будет, — Алиссин отпустила ветку, и течение вновь увлекло их.

Вскоре Кати почувствовала, как судорогой сводит тело. В Гаоре было лето, но вода в горной реке оставалась ледяной, и девушка понимала, что долго они так плыть не смогу. И действительно, миновав очередной изгиб реки, Алиссин уверенно направилась к берегу, борясь с быстрым течением."

"Выбравшись на пологий склон, королева сначала вытащила Кати, потом сделала несколько шагов и рухнула на колени, пытаясь отдышаться.

— Так, — с трудом произнесла Алиссин, — это несколько нарушает мои планы… с другой стороны у нас будет больше времени…

С этими словами она все же упала на острые камни, перевернулась на спину и посмотрела на синее небо, с редкими белоснежными облачками.

— Красиво, — прошептала королева, — мне всегда нравится смотреть на небо…

— А я люблю дождь, — почему-то произнесла Кати, — особенно когда перед дождем небо в темных свинцовых тучах… и затишье такое… предгрозовое…

Улыбнувшись, Алиссин поднялась и подошла к Катарине:

— Вставай, чудо кареглазое, нам нужно до заката дойти до лагеря.

Медленно девушка поднялась, дрожа от холода. Рубашка прилипла к телу и так хотелось ее снять, чтобы не испытывать прикосновения мокрой ткани к коже, а куртка и вовсе висела, извергая поток ледяных капель.

— Раздевайся, — приказала Алиссин, — на то чтобы сушить одежду времени нет, но в мокрой ты простынешь, ты у меня хрупкая.