Любовница Его Величества (СИ)

— И долго она летела? — недоверчиво вопросила королева.

— Пару секунд, ровно до тех пор, пока тело ее не разбилось о скалы, — серьезно ответила Кати.

— Неплохо, — и королева нетерпеливо потребовала, — Дальше!

— Черный рыцарь проснулся, услышав предсмертный крик, и тьма охватила его! Он не смог пережить смерть любимой и метался по замку, как раненный зверь. Но боги услышали просьбу светлой девы скрыть ее позор и Черный замок охватило пламя, погубив всех тех, кто жил в нем.

— Какой ужас, — королева прижала руку к губам.

Кати рассмеялась и начала рассказывать уже быстрее и без трагических пауз в повествовании:

— На самом деле это замок князя Аквиа, который был захвачен и разрушен предками князя Ортанон, в период борьбы за княжество. Ну а так как замок разрушили и сожгли, то камни и почернели. Вот так.

— Очаровательно! — высказалась королева, — и много еще легенд вы знаете?

— Много, — Кати улыбнулась королеве, — обычно на одни развалины приходится до двадцати легенд, а те легенды, которые забываются, легко придумать вновь.

— Ах, Кати, вы очаровательная рассказчица. Надеюсь, вы не против продолжить нашу беседу за чашкой чая.

— Как пожелает моя королева.

Катарина присела в очередном идеальном реверансе, а когда поднялась, невольно вздрогнула — Дариан не сводил с нее пристального, оценивающего взгляда. Словно зверь выслеживает добычу… Ее Величество заметила и взгляд сына, и откровенный страх своей юной фрейлины.

— Дариан, сын мой, — с улыбкой произнесла королева, — прекратите пугать леди Катарину, она еще не понимает, что это ваш излюбленный способ развлечься.

— Моя королева, — Дариан чуть склонил голову, а Катарина вздохнула с облечением, едва принц отвел глаза.

И лишь когда королева и Кати оказались в каюте Ее Величества, Еитара поспешила успокоить девушку:

— Дитя мое, — королева улыбнулась, — Дариан молод и для него любая красивая леди привлекательна, но вы можете не опасаться.

— Это большая честь для меня, быть опекаемой королевской четой, — искренне ответила Кати.

И в тот же день король серьезно поговорил с сыном, запретив прикасаться и пальцем к той единственной, что вызвала искреннее расположение королевы.