Любовь всесильна

Позже, приняв душ и надев подаренное Чейзом вечернее платье — полностью открытое, без бретелек, яркого желто-зеленого цвета, красиво подчеркивающее ее полную грудь и тонкую талию, ниспадавшее облаком зеленого шифона до середины икры, — она вошла в гостиную, уже не чувствуя себя такой храброй.

Чейз стоял, прислонившись к камину, склонив голову над чем-то, что он вертел в руке, и выглядел убийственно красивым… Другими словами, его, пожалуй, нельзя было описать. На нем были кремовый смокинг, белая шелковая рубашка и синий галстук-бабочка.

Пиджак был расстегнут, открывая голубую жилетку. Она не могла оторвать от него глаз. Чейз всегда предпочитал классический стиль, но сегодня он выглядел слегка фатоватым. Жизнерадостный, уверенный в себе, он излучал спокойствие и благополучие.

Глория с трудом сглотнула слюну.

— Я готова, — сказала она вполне спокойно и увидела, как Чейз поднял голову, прекратив разглядывать предмет, находившийся у него в руке.

Он сверкнул синими глазами, не скрывая своего восхищения от ее вида.

Его взгляд медленно, с чувственной тщательностью скользил от копны ее рыжих волос, заложенных за маленькие уши, в которых были изящные жемчужные серьги, до красивого, но слегка настороженного лица. Глория не очень нуждалась в макияже. Ее тронутая нежным загаром кожа дышала здоровьем, но все же она уделила особое внимание глазам, подчеркнув их контуры коричневым карандашом, слегка оттенив веки и положив немного черно-коричневой туши на длинные ресницы.

Глория не думала, что ее появление произведет на него такое ошеломляющее впечатление, и его длительное молчаливое разглядывание начало беспокоить ее.

— Я сказала…

— Я слышал, — оборвал ее Чейз, отрывая свои сверкающие глаза от мягкой линии ее груди. — Ты действительно выросла в самую соблазнительную женщину из всех, кого я имел удовольствие видеть, — мягко сказал он и, выпрямившись, издал низкий, хриплый смешок, так как Глория вспыхнула с головы до ног.

— Все скромничаешь? — поддразнил Чейз, подходя к ней.

 — Хотя, надо сказать, румянец тебе очень идет."

"Он взял ее руку в свою, и от этого контакта ее словно ударило током. Она внимательно посмотрела на него: его волосы, все еще мокрые, падали волнами на широкий лоб, лицо пылало, пульс участился. Это несправедливо, подумала она, почему именно этот мужчина был так фатально притягателен. Наверняка в жизни Чейза за последние несколько лет было множество разных женщин, заключила она, и эта мысль быстро охладила ее.