Любовь в никогдабре

— Эту песню я хочу посвятить обворожительной Валерии, прекрасной, как рассвет на берегу моря! — улыбаясь, выдал Алексей и указал на меня пальцем.

Так как за соседними столами дам не наблюдалось, всем сразу стало понятно, о ком шла речь. И мне мгновенно стало дико неловко. Жутко захотелось забраться под стол, чтобы избавиться от любопытных взглядов или на худой конец просто сбежать.

«Что я, девочка пятилетняя, что ли? Не выдержу одной песни? Он старается!»

Усилием воли я заставила себя остаться на месте.

Посетители тут же повернулись ко мне и зааплодировали.

И тут музыканты заиграли свою партию.

А когда Алексей запел, я открыла рот, очарованная его низким бархатным голосом, который словно обволакивал, заполнял всё вокруг, щедро лился в уши, бил точно в цель — прямо в сердце.

Я подперла подбородок рукой и заслушалась, не отрывая взгляда от поющего иннифера.

I see trees of green, red roses too

I see them bloom for me and you

And I think to myself

What a wonderful world…[3]"

"Вот так сюрприз! Он пел одну из моих любимых песен! Интересно, это совпадение или он как-то узнал о моих предпочтениях? Обожаю эту композицию не только из-за музыки, но и из-за смысла, который она несет, поэтому сразу начала мысленно ее переводить.

«Вижу зеленые деревья и красные розы. Они цветут для тебя и меня. И я говорю себе: как прекрасен этот мир! Вижу небо голубое и белые облака, свет благословляет дни, а тьма освящает ночи. И я говорю себе: как прекрасен этот мир!» — пел Алексей.

Как говорят? Красота в глазах смотрящего? Это правда! Не каждый способен увидеть прекрасное в малом.

А иннифер продолжал петь, и как пел — как будто с пеленок занимался вокалом. Меня пробрало до мурашек! Впрочем, воцарившаяся в зале тишина говорила о том, что остальные посетители тоже находились под впечатлением.

«Радуга сияет в небе, как и лица людей, проходящих мимо. Вижу, как друзья жмут друг другу руки, спрашивая: „Как дела?“ А на самом деле они говорят: „Я люблю тебя!“» — да, чудесно поет, и слова чудесные, правда, сам Алексей вряд ли способен любить, разве что себя, судя по его отношению к людям и нашей планете в целом.

С последним аккордом зал взорвался аплодисментами.