Любовь в Академии Магии

Своему брату внушение я сделал, он против моей воли не пойдет, дракон же может повестись на речи этой белобрысой интриганки Клоуз. Когда ж они уже отправятся на практику и я смогу вздохнуть спокойно?

— Эспен, она настолько важна? — заинтересовался волк."

"— Меня редко обманывает чутье, тени говорят, что она будет полезна империи. А уж каким образом, не важно. Помоги ей освоиться и пережить еще год, пока я эту троицу не отправлю на границу. Потом она справится сама.

— Хорошо, — оборотень кивнул и вышел к своей подопечной.

— Нет, куратор Делавар, — Люба снова усиленно внушала, что она белая и пушистая, и вообще замечательная, так что проникнитесь дружескими, да что там дружескими, братскими чувствами, зачем мелочиться, мистер Делавар.

— Когда рядом никого нет, просто Шаен, — улыбнулся оборотень, думая, что девчонка достаточно милая и ей можно дать шанс, а не быть извергом, да измываться, как он это обычно делает со своими студиозами. — Тогда идем в столовую, все равно ты не помнишь, где она находится, а правильное питание залог хорошей физической и умственной активности.

— Как скажешь, Шаен, я — Леа, — ответила ему приветливой улыбкой Любовь Павловна, хотя тараканы в её голове открывали шампанское и запускали салюты с криками: «Получилось! Он наш!».

Глава 11. В столовой на скамье сидели, попаданка, куратор, мишка, рысь и вампир…

Они вышли из административного корпуса, и Любу снесло волной шума и толпой студентов. Женщина уже за пару месяцев без работы в лицее отвыкнула от бедлама школьных коридоров, а уж за время, проведенное в палате, так и вовсе забыла, что такое скопление людей.

Оттого она прильнула к своему куратору, дернувшемуся вначале от этого доверительного жеста. В итоге, мужчина взглянул девушке в её огромные, «Видимо, от ужаса», — подумал он, глаза и взял спутницу под руку.

Студентам же в основном не обращали внимания, они проносились мимо, торопясь по своим делам. Но все хорошее когда-нибудь кончается, и наконец, Любовь с Шаеном дошли до столовой.

Вот тут-то и побежали шепотки по столам и очереди, а некоторым вдобавок грозило косоглазие. В основном, тех, кто не знал Лею Алавар, интересовал вопрос, кто она, а тех, кто знал, что она делает с мистером Делаваром, тираном, деспотом и «мистером брутальность». Ведь даже достаточно жесткое обращение с подопечными не умаляло восторженных чувств некоторых экзальтированных девиц к его персоне. И теперь этот змеиный клубок пристально наблюдал за девушкой.