Любовь срывает маски

Провела рукой по крепким мускулам на животе и двинулась дальше, дальше… пока, наконец, не добралась до главного и не сжала его в ладони.

Гаррет застонал. Она инстинктивно провела ладонью вверх и вниз. Он снова застонал, сморщился, словно от боли, и заставил убрать руку.

– Слишком хорошо, – проговорил муж дрожащим голосом, от которого Джейн едва не растаяла. – Позволь сначала прикоснуться к тебе.

Она задрожала, но покорно откинулась на подушки и разрешила изучить себя с головы до ног.

– Я ошибался, – пробормотал он, проведя языком по соску.

В это время рука завладела второй грудью и принялась играть с розовой вершинкой. Джейн запустила пальцы в темные волосы и прогнулась, стремясь оказаться еще ближе, продлить и усилить сладкую муку. Теперь уже застонала она.

Рука двинулась вниз, прошлась по линии талии, по бедру и, наконец, остановилась между ног, в самом желанном месте.

Ладонь проникла в заветное местечко, а в следующий миг палец ласкал самый чувствительный холмик.

Гаррет опустил голову, так что рот оказался точно над пупком.

– Джейн, – прошептал он.

– Да, – отозвалась она, хотя палец в магическом месте не позволял не только думать, но и говорить.

– Тебе очень понравится.

Она судорожно вдохнула.

– Да?

– Да. Очень.

– Покажи.

Он продолжил путь вниз – до тех пор, пока горячий влажный рот не замер над тем самым местом, где происходили главные события. Убрал палец. Джейн тихо вскрикнула, оплакивая потерю, однако близость губ обещала продолжение.

– Неужели…? – закончить вопрос не хватило мужества.

– Да. – Горячее дыхание заставило вздрогнуть. Захотелось спрыгнуть с кровати и убежать. Об этом даже не написано в книгах!

– Ты против? – спросил Гаррет.

– Ничуть, – ответила Джейн. В этот миг мысли окончательно спутались, потому что рот оказался между ног, а язык жадно завладел всем, чем пожелал завладеть. Джейн вцепилась в простыню и напряженно прогнулась.

– Ах, господи, – пробормотала она, упираясь головой в подушку.

В ответ послышался тихий смех.

– Ни за что тебя не брошу, Джейн.

В это мгновенье имя прозвучало особенно тепло, мягко, искренне. Язык снова проник в глубину ее естества, и она распалась на части, отчаянно вцепившись в волосы любимого и издав истошный вопль.

Гаррет поднялся и принялся жадно целовать в губы."

"– Кто бы мог предположить, что окажешься крикуньей? – проговорил он, на миг отстранившись, чтобы отдышаться.