Любовь срывает маски

Шишка на затылке отзывалась только на прикосновение, а вот вывих лодыжки напоминал о себе постоянной ноющей болью. Хорошо, что горничная сделала холодный компресс, а Люси принесла горячего рома с маслом.

Джейн посмотрела на ярко-белое расплывчатое пятно, которым казалась забинтованная нога. Без очков она не могла читать. Но даже просто так лежать в постели было намного приятнее, чем участвовать в бесконечных развлечениях. Доктор обещал, что, скорее всего, через день-другой уже можно будет встать, а до свадьбы все точно заживет.

В дверь осторожно постучали. Джейн потянулась и зевнула: приближалось время дневного отдыха.

– Кто там?"

"Дверь открылась, закрылась, и в сторону кровати двинулась темная мужская фигура. Джейн испуганно подтянула одеяло к подбородку.

– Сэр, кто вы?

В ответ послышался знакомый смех.

– Не узнаете?

Апплтон? Что он здесь делает?

– Ничего не вижу, – смущенно призналась Джейн. – Но вам не следовало приходить. Это в высшей степени неприлично.

Вот так, без очков, было намного спокойнее.

Не заметно, какой он красивый, а значит, меньше поводов для фантазий о новых поцелуях, что лучше для всех. Решительное и убедительное отрицание того факта, что миссис Лэнгфорд является его любовницей, равно как и заверение, что Джейн ошеломительно красива, разрушило старательно возведенную оборону. Но окончательным и неотразимым ударом стал вопрос о том, когда продолжится то событие, которое началось в темной гостиной. Услышав эти слова, Джейн уже не могла думать ни о чем другом.

Гаррет от души рассмеялся.

– О, замечательно! Участница заговора с участием несуществующей миссис Банбери рассуждает о том, что в этой жизни считается в высшей степени неприличным. Я обязан прийти и узнать, как вы себя чувствуете. Разве не так?

Джейн продолжала лихорадочно прижимать к подбородку одеяло.

– Но ведь я в ночной рубашке!

– Да. Я даже рассмотрел краешек. Такие ночные рубашки носила еще моя бабушка, а вы к тому же натянули на нос одеяло. Не оставили на виду даже кусочка себя!

Теперь уже рассмеялась Джейн.

Он говорил чистую правду. Плотная ткань и замысловатые кружева надежно все скрывали. Она спустила одеяло до талии и откинулась на подушки.

– Вы совершенно бесстыдны, Апплтон. Не верьте тому, кто будет убеждать вас в обратном.

– Справедливое замечание, – ответил он и спросил: – А где ваши очки? – голос прозвучал почти… заботливо.

Джейн вздохнула.

– Боюсь, они безнадежно испорчены. Кассандра уже послала человека в Лондон за другими.