Любовь со вкусом вишни

На любом привале, как только садился, неважно, на пять минут или десять, то мгновенно засыпал. А если они находились в режиме ожидания, то спал постоянно, но стоило появиться даже намеку на нежданных «гостей», мгновенно открывал глаза. Сергей шутил: «Можно посты не выставлять, если Кнут проснулся, значит, опасность!»

– Кого «ведут»? – спросил Сергей, устраиваясь за рулем машины, на которой приехал зам.

– Только тебя и меня.

– Да, людишек ему не хватает, все «в поле»: один «пасет» ее квартиру, второй бабушкину, двое в доме сидят, двое нас ведут, одного с объекта на объект перекидывают, не разгуляешься!

– Особенно если не знаешь, что ищешь! – поддакнул Весин.

– У бабушкиной подруги пост сняли?

– Сняли, как ты и предполагал.

– Твоя-то машина где?

– Где и положено, стоит под домом, охраняемая «пасущим» ее гражданином.

– Ну все, созвонимся! – Сергей махнул рукой и плавно выехал со двора.

Он ехал к Ринку с чувством непроходящей внутренней досады.

«Ох, не туда мы рулим, не туда! Ни черта мы в этом монастыре не найдем! Он же умнейший мужик был, талант! Один финт с монастырями чего стоит – красиво и изящно! Учиться нам и учиться у «старших товарищей».

Он вспомнил вчерашний разговор с одним из таких «старших товарищей».

Федор Ильич, генерал-майор, был для них всегда Дедом, или Генералом. Он виртуозно умудрялся и ребятам помогать, и интересы конторы соблюсти.

Сергей старался обращаться к Деду как можно реже. Клиенты Кнурова сплошь люди непростые, и «светить» их лишний раз в конторе совсем ни к чему.

Но в деле Вероники без Деда никак не обойтись. Сначала надо было попасть в архив, потом понадобилась помощь в связях с духовенством, а уж когда вскрылся интерес самой конторы в этом деле, то тут уж как говорится: придется «тесно сотрудничать».

Ох, не любил этого Кнуров! Ох, не любил!

«Ладно, «просьбочку» Деда я по мере возможностей выполню. – Он усмехнулся от удовольствия. – Да, силен Генерал, как красиво интерес конторы обставил! Умница!»

Сергей подумал про вчерашний инцидент с Никой и усмехнулся теперь уж по ее поводу, вспомнив, как она, стоя за кустом, ругала себя и вздыхала: «Кнуров меня убьет! Притюкнет натурально»."

"«Так! – резко притормозил он свои воспоминания о девице.