Любовь со вкусом вишни

И потом, какой бы затерянный этот монастырь ни был, все равно там же есть люди и тем более все друг друга знают, а мужчина, который наведывается, пусть и не часто, но все равно посторонний, вызовет подозрение. Вот чувствую я, что нет там ничего! Наверное, у его жены находятся очередные инструкции, где именно надо искать. Точно!»

Почувствовав облегчение оттого, что все-таки поняла, что ее тревожило, и навалившуюся сразу за ним усталость, Вероника, выключив свет, забралась в кровать.

И еще раз обдумала свою догадку, покрутилась так и эдак, но мысли дальше не выстраивались в логичную цепочку, разбегаясь.

«Все, спать!» – отдала себе приказание она.

За несколько мгновений до того, как провалиться в сон, уютно укутавшись в одеяло на большой, удобной кровати, Ника вдруг подумала:

«Где же ты это спрятал, дедушка, а? Наверное, придумал что-то очень сложное или совсем простое. Так где же ты спрятал всю эту хрень?»

И, уже совсем засыпая, улыбнувшись, добавила:

«Прости, Сонечка, я стала слишком часто ругаться!»

Он пришел к ней ночью.

Вероника совсем не испугалась и сразу его узнала, хотя было совсем темно. Он подошел к кровати и улыбнулся очень доброй, любящей, какой-то светлой улыбкой.

– Идем, детка, путь неблизкий, а надо успеть до утра.

Вероника встала и следом за ним вышла из комнаты. Она не видела, куда и как они идут, да и самого движения не ощущала физически, только рассматривала его во все глаза, стараясь запомнить каждую черточку лица, походку, голос.

Он шел рядом, но смотрел не на дорогу, а на девушку.

– Ты красивый, а я даже фотографий твоих не видела, их просто нет, – пожаловалась она.

– Это ничего. Теперь же видишь. А ты у нас умница, да ты всегда очень умненькая была, с пеленок, – улыбался гость.

– Дедушка Олег, а ты там, ну, у вас, моих родителей и бабушек видел?

– Конечно, мы все там вместе.

Ты не волнуйся, не переживай, детка, у нас все хорошо. Но об этом потом. Вам не надо ездить к Агрипине, ты правильно догадалась. У нее есть только письмо, еще одна зашифрованная инструкция, да и Агрипина станет уговаривать вас отдать все монастырю, на благое дело. – Он усмехнулся. – Она всегда такая была, ей требовалась в жизни сверхидея, сначала Сталин и лучшая в мире страна, а уж потом служение Богу. Ну вот, пришли.