Любовь по ошибке

Выйти на веранду, сесть на Ксюхины качели, посидеть минут пять, глядя на озеро и приводя мысли в порядок. Даже зимой, когда свет фонаря доставал едва до ограды. Просыпался я всегда без будильника, еще до колокольного звона на раннюю службу: до Спасо-Парголовской церкви было минут пять ходьбы.

Май в этом году выдался теплый, все цвело, где-то рядом разливался трелями соловей, которому не хватило ночи. Пять минут прошли, и даже больше, а мысли в порядок так и не привелись. Наоборот - растрепались еще сильнее.

"

"Где-то с Нового года ко мне прицепилось смутное... раздражение, что ли? Как будто чего-то не хватало. Вроде, все в порядке, не на что жаловаться. Кризис среднего возраста подвалил? Рановато в тридцать три. Или нет? Деревьев насажал, домов понастроил, сына нет - зато дочь чудесная. Что там еще? Делом занимался любимым, шло оно успешно, доход приносило. А какими-то безумными амбициями завоевать мир и заработать миллиарды я никогда не страдал.

Любовь, семья? Вот тут все было сложно.

Четыре года с Лидой напрочь отбили тягу к брачным предприятиям. Конечно, я понимал, что Ксю нужна мать, но ни одна из моих женщин на эту роль не годилась даже в первом приближении. Меньше всего хотелось, чтобы у нее появилась злая мачеха. Обычные мужские желания никто не отменял, я с кем -то знакомился, встречался и - без особых сожалений - расставался. И до недавнего времени меня это вполне устраивало. Тогда что изменилось?

Спроси чего полегче, Кирилл Андреевич.

По субботам у Анны обычно был выходной. Вчера вечером она дождалась меня и уехала. Ксю, к счастью, уже спала, и мне не пришлось отчитываться о свидании. Но сегодня нам предстоял целый день вдвоем, и я не сомневался, что впереди допрос с пристрастием.

Омлет пыхтел на сковороде, чайник шумел, набираясь сил для свистка, когда мое чадо выплыло на кухню. Пижама с мишками, тапки из овцы, коса до пояса, глаза, еще наполовину спящие. С порога возмущенно:

- Папа, ты почему меня вчера не разбудил? Ты во сколько вернулся?

Начинается! Домашняя полиция нравов на страже.

- Доброе утро, дочерь! В... одиннадцать.

- Неправда! - даже глаза открылись от негодования. - В одиннадцать я еще не спала.

- Хорошо, в половине двенадцатого.

- И что? Как все было?

- А ну брысь в ванную! - рявкнул я, переворачивая омлет.

Недовольно бурча что-то себе под нос, Ксю исчезла. Пока дрызгалась, я успел накрыть на стол и налить кофе.