Любовь нечаянно нагрянет

— Ты вчера так быстро ушла, что я и не заметил, — сказал он, — Почему не предупредила?

Что я могла на это ответить?

Правильно: под пристальным взором деда ничего. С того станется спустить Шнурка с лестницы до самого первого этажа. У него свои понятия.

Поэтому просто пожала плечами и попыталась перевести разговор в другое русло. Но и он особо не клеился.

Дед сидел-сидел, смотрел из лохматых бровей на все это действо, и едва Мишка допил свой чай, величественно прокаркал:

— Накушался? А теперь, давай-ка поднимайся.

Судя по осоловелым глазам Шнурка, после плотного завтрака трудиться он был не расположен. Но у деда особо не сорвешься. Не знаю, что он собрался делать, когда у него по расписанию вот-вот должны начаться утренние новости.

Мужчины пошли в комнату, оставив меня прибирать на кухне посуда и буквально через несколько мгновений, раздались короткие и быстрые команды дедушки:

— На не туда! Сюда давай! Вот-вот! Куды ты ее тащиш? Сейчас ножку оторвешь! Этот сервант мы с бабкой покойницей еще из Казахстана привезли.

На цыпочках пробираюсь через коридор и осторожненько заглядываю в комнату.

А там страшное действо творится.

Дед затеял перестановку мебели и, всю самую тяжелую работу возложил на Шнурковы бугайские плечи.

Последний уже порядком подуставший, с красной от натуги физиономией вымученно тягал сервант к противоположной стене.

— Та-а-акс! А теперь пианино.

Божечки мой! Дед решил Шнурка угробить раньше времени.

— Деда, — тихонько позвала я, — А может не надо?

Тот обернулся на меня и шикнул:

— Иди на кухню и свари щей. Да понаваристей.

Щи варить я не умела. Но пришлось как-то учиться. Периодически заглядывая в бабушкину кулинарную книгу и кося в сторону прихожей, куда Мишку, словно плантатор халявного раба, загнал дед.

После пианино в ход пошел дедов фирменный молоток и стамеска.

— Ты, Мишаня, на табуреточку лезь, да подточки — дверь покосилась и не закрывается.

Был ли у Шнурка выбор?

Вздохнув, словно его отправили, как минимум на каменоломню парень вскарабкался на пошатывающуюся табуретку и принялся за дело.

— Вот доделаешь, а потом можно будет и щец навернуть, — сообщил довольный дед и отошел чуть в сторону.

Как оказалось не зря.