Любовь не выбирают

Тем временем мама активировала слабенькое освещающее заклинание, и кромешная тьма в спальне сменилась мягким приглушенным светом, который, как и ожидалось, не доставлял сыну никакого беспокойства.

– Ладно, отдыхай, – сказала она, осмотрев меня еще раз и убедившись, что со мной и ребенком все в полном порядке. После чего собрала мокрые тряпки и собралась уходить. – Все равно часа два тебе нельзя подниматься с постели. А я попозже вернусь. Надеюсь, к тому времени твой муж уже придет в себя и сможет адекватно мыслить.

– Мама? – позвала я, когда она развернулась и решительно направилась к выходу. – Так что ты решила с Раалу? Он сделал тебе предложение?

У матушки отчетливо напряглась спина.

– Сделал. На днях.

– И что?

– И я сказала, что подумаю.

– Как тебя не стыдно? – укорила я ее, перекладывая сладко сопящего сына поудобнее, а затем приподнялась на одном локте. – Он же тебе нравится. И от тебя без ума. Так почему бы не перестать изображать святую невинность и просто не сказать ему «да»?

– А ты помнишь, как отреагировали сестры на известие об окончательном прекращении изоляции моранов? – нервно огрызнулась мама.

– Помню. И что? Привыкнут.

– Да храм даже сейчас не в курсе того, что у тебя есть законный муж! Который в этот самый момент наверняка караулит снаружи, ожидая, пока солнце окончательно сядет!

– Люди всегда были суеверными, – спокойно возразила я. – Но это не значит, что мы должны таиться от них вечно.

К тому же мать-богиня одобрила наш союз. И я не вижу причин, почему бы уже сейчас не начать постепенно приучать народ к мысли, что очень скоро рядом с ними будут жить представители другой расы. Не так уж мораны от нас отличаются, чтобы из-за этого разводить панику!

– Простому крестьянину достаточно того, что у них глаза не той формы, как у нас!

Я только фыркнула:

– Значит, будем приучать их к мысли, что это нормально. Сначала поартачатся, побунтуют, но когда выяснится, что храм целиком и полностью одобряет смешанные союзы, притихнут.

А через пару поколений и вовсе не увидят ничего странного в том, что по одной и той же улице бегают не только голозадые человечки, но и шустрые малыши с большими глазами.

Мама, замерев у двери, тяжело вздохнула:

– Я боюсь, нам не удастся переубедить народ так легко, как ты сейчас описываешь. Могут быть стычки. Нападения.

– А храмовая стража на что? – изумилась я.