Любовь не обсуждается

После тщательного осмотра, врач отложил инструменты, посмотрел на меня и уточнил:

– Вы Ирина Нестерова, все верно?

– Да.

– Двадцать один год?

– Да.

– Никогда не состояли в интимной связи с мужчиной?

Я напряглась:

– Почему вы спрашиваете? У меня что-то не в порядке?

Врач мягко улыбнулся:

– Нет, физически все хорошо. Но странно, что девственность все еще при вас. Вы лесбиянка?

– Что?!

Моему возмущению не было предела. Я оттолкнула врача, спустила ноги, намереваясь встать с кресла и уйти из этой клиники.

– Это нормальный вопрос, – остановил меня врач, не сдвинувшийся ни на сантиметр. – Никита Сергеевич просил проверить тебя от и до, и, если потребуется, обследовать изнутри. Будет лучше, если ты расскажешь, как расслабляешься. Минет? Анал?

– Я не напрягаюсь, – сквозь зубы процедила давно известный ответ из анекдота.

– Как хочешь, – равнодушно пожал плечами гинеколог. – Тогда тебя ждет полная проверка. Психолог, отоларинголог и УЗИ прямой кишки.

– Я просто не встретила того парня, с которым хотела бы быть вместе, – прямо ответила я, не сводя взгляда с врача.

"– В это трудно поверить, но я попробую, – улыбнулся он. – Одевайся. Психолога исключить не могу. Вдруг ты все же с лесбийскими наклонностями.

Он подмигнул, пытаясь списать весь разговор в шутку, и вышел из-за ширмы. Пока я поспешно одевалась, он с кем-то разговаривал по телефону.

– Плева не повреждена. Да, абсолютно уверен. Не восстановленная. Да, отправлю к Пал Андреевичу. Но девчонка на вид совершенно не надкусанная.

Двух слов хватило, чтобы понять с кем разговаривает гинеколог.

С Тобольским.

Ненавижу!

Всех!

Глава 4. Букеты и конфеты

Меня протащили по всем врачам. Психолог копался во мне дольше всего. Мы говорили о моей ориентации, дружбе и влюбленности. Он особенно прикопался, почему я так привязана к Гельке и не обращаю внимания на парней.

– А на кого там внимание-то обращать? На Стасика? Обратила, в результате огребла проблемы с его папашей… Знаете, я не хочу отношений, когда стороны не готовы к ним.

На этом психолог внезапно удовлетворился и отпустил меня.

Часа два хождений по кабинетам меня вконец измотали, и я уже взмолилась перед амбалом:

– Отпусти, а? Я есть хочу. Пить хочу. Мне еще лекции переписать нужно!

– Идем, – неожиданно согласился амбал и вывел меня из клиники.

К его машине прибавилось еще две такие же. Настроение у меня упало еще ниже, хотя казалось, куда уж?..