Любовь к драконам обязательна

Чем пиджак за тысячу шиллингов хуже какого-то половика?

Шустро скинула влажные тряпки, нарядилась в широкий, не по размеру, лекарский халат и гаркнула:

— Быстро сел в корзину!

Ральф зашипел со шкафа.

— Да ты смерти моей хочешь, — процедила я, уперев руки в бока.

Стоило признать, что ящер, обладавший поистине бараньим упрямством, меня победил. Не зря лопал каре ягненка! Я все-таки раскрыла ридикюль и продемонстрировала дракону:

— Забирайся, демон!

Кто со стороны увидит, что разговариваю со зверем, точно решит, будто совсем девица сбрендила.

Однако Ральф слез со шкафа, спикировал к столу и забрался в дамскую сумку, благопристойно сложив крылья. И как втиснулся между книжкой и кучей мелочей?

— Только попробуй там нагадить, сухой корм заставлю есть! — пригрозила я хулигану. — Об «Аромате говядины» слышал? Накормлю до летаргического сна. И в горошек покрашу!

— У вас все в порядке? — осторожно постучал в дверь ветеринар. — О, вы его сумели в сумочку усадить? Какая вы молодец. Как вам халатик идет…

В ответном взгляде на несвоевременную лесть крылось столько ненависти, что подхалим прикусил язык.

Он даже низко поклонился, когда злая, точно ядовитая драконица, с Ральфом под мышкой и испорченным пиджаком в правой руке, я рванула на выход.

— Госпожа, можете не говорить господину Элрою, что тут такое случилось? — бормотал коновал, пытаясь не отстать от меня в коридоре. — А вы халатик себе оставьте…

— То есть, — резко затормозила, — подразумевалось, что я халатик еще и вернуть должна? Может, лично привезти?

— Нет, что вы.

Как можно? — замахал руками ветеринар. — Только что мне с вашими вещами делать?

— Сожгите и развейте пеплом над морем!

— Но у нас здесь нет моря, — растерянно заметил он мне в спину.

— Тогда съешьте! — припечатала я, вываливаясь на улицу.

Фэйр держала маленький салон красоты «Феерическое преображение» в Зачарованном квартале, где тесной общиной некогда жил лесной народ. Клиентки, кто не пугался вертикальных зрачков, фиолетовых волос и живого рисунка цветущей ветви на руке, подругу любили.

Толика сохранившейся от предков магической крови делала ее непревзойденным мастером. Прически, сооруженные потомком фей, всегда держали укладку, шевелюры переставали редеть, а алхимические краски не тускнели со временем. Последнее проверено на собственном горьком опыте.

Проблема заключалась в том, что иногда Фэйр впадала в творческий экстаз, и вместо блестящей русой копны клиентка неожиданно получала зеленую копну с красными «перышками».