Любовь дракона

 — Вы довольны?

— Да, ваша светлость.

Она тут же устыдилась своего порыва.

— Простите, я в последнее время сама не своя.

— Не переживайте, мадам, герцог скоро вернется!

Она делано рассмеялась:

— О, в этом я не сомневаюсь! Приятного аппетита, Маркус! Буду ждать вас на крыльце.

Девушка вышла, прежде чем он успел хоть что-то сказать.

Снаружи было неуютно. Разыгравшийся ветер поднимал вверх колючую снежную пыль. Фиолетово-темные тучи над лесом угрожающе приближались, грозя новым снегопадом.

Лошади, которых конюхи отшагивали вокруг дома, прижимали уши и нервно косились в сторону конюхов.

Эмбер приказала отвезти животных обратно в конюшню и с сожалением вернулась в дом. Убедившись, что Леманн все еще в столовой, герцогиня поднялась по лестнице и нерешительно застыла у двери, ведущей в спальню герцога. Рука сама потянулась к дверной ручке, но девушка тут же отдернула ее. Устыдившись этого порыва, она пошла к себе.

За последнюю неделю комната ей безумно надоела, как и весь дом.

Не привыкшая к безделью, Эмбер чувствовала себя совершенно бесполезной. В хорошую погоду она объезжала деревни, знакомясь с арендаторами земель и пытаясь узнать об их нуждах и проблемах, но они ограничивались односложными ответами, с опаской посматривая на возглавляемую Леманном охрану юной герцогини. Вскоре Эмбер оставила это занятие, просто продолжая носиться верхом на лошади по заснеженным полям. Но сейчас снегопад грозил отобрать у нее и это развлечение.

Эмбер села на подоконник и по-детски обхватила колени руками, словно это могло ей помочь. Невидящим взглядом она смотрела вдаль, не замечая, что за окном начали кружить снежные хлопья.

Девушка не сомневалась, что герцог вернется. Ему необходим наследник. Дракон, который сможет летать. После этого Амстел ее оставит. Так он сказал. Она уже достаточно хорошо успела изучить мужчину, с которым была связана, чтобы понять: он всегда исполняет задуманное.

И никогда не проигрывает. Знай она об этом раньше, все могло бы быть по-другому.

Эмбер тряхнула головой. Нет, ничего бы не изменилось. Она все равно спасла бы сестру. Даже ценой собственной гордости."

"Девушка тяжело вздохнула. Став по насмешке судьбы женой одного из самых влиятельных людей королевства, теперь она имела меньше прав, чем оставаясь старой девой, дочерью провинциального дворянина. Теперь она полностью зависела от прихоти мужа.