Любовь дракона

Не дожидаясь горничной, которая явно не торопилась, девушка сама разделась, и, стуча зубами от холода, юркнула под одеяло. Простыни были влажными, но ей уже было не до них. Утомленная событиями дня, она заснула, как только голова коснулась подушки.

На следующий день Эмбер разбудил стук в дверь. Прежде чем она успела ответить, весьма бесцеремонная и неопрятная женщина в засаленном чепце вошла в комнату и резко раздернула портьеры. Девушка прикрыла глаза рукой, с недоумением разглядывая вульгарную обстановку. Затем посмотрела на свою ладонь.

Эмбер вновь охватило волнение. Невозможно понять, почему герцог, к услугам которого были первые красавицы страны, поступил именно так.

Признаться, она вообще не понимала того, кто стал ее мужем.

Вчера Эмбер была полностью в его власти, но вместо того, чтобы отомстить за злую шутку, Амстел окружил ее искренней заботой.

Девушка почти явно вновь почувствовала его руку на своей талии.

— Чего разлеглась? Вставай, мне еще постель после тебя пригладить надо! — прикрикнула на нее горничная, заправляя свои засаленные темные волосы за красные уши.

— А который час? — пробормотала Эмбер.

— Почти полдень! — грубо обронила женщина, даже не глядя на нее."

"— Полдень? Уже? — Девушка торопливо встала и подошла к кувшину для умывания. — Помоги мне!

— Вот еще, — фыркнула горничная, уперев кулаки в бока. — Я, знаете ли, приличная женщина! И не собираюсь помогать всяким там… приживалкам!

— Что? — нахмурилась девушка, пытаясь понять сумбурную речь.

— А то! Ишь, явились! — Горничная явно вошла в раж. — Я хозяину сразу сказала, чтоб отказывал. Так нет, ваш-то хахаль денег предложил, и немало! Хозяин согласился, сказал, что знатный господин — честь для приличной гостиницы! А он вдруг возьми и тебя на руках вынеси! Я сразу смекнула, что к чему, но поздно уже было.

Девушка недобро прищурилась:

— Это ты о ком?

— Да о тебе. Думаешь, завела себе полюбовника из богатых, так тебя уважать будут? А вот шиш тебе!

Горничная скрутила указанную фигуру из пальцев. Это переполнило чашу терпения Эмбер.

— Да как ты смеешь? — холодно обронила она.