Любовь и магия

Спустя полчаса сын градоначальника ушел, снабженный ценной скляночкой и советами, а я побежала в банк. Наученная горьким опытом, я знала точно: деньги нужно отдавать тогда, когда они есть, пусть даже бегать в банк придется несколько раз в день, иначе сама не поймешь, как круглая выручка превратилась в новую юбку или шарфик. А так – получила деньги, отдала, и спокойна.

* * *Дверь в мою квартиру дубовая, старая и рассохшаяся, и при стуке она выдает не положенное «тук-тук», а мерзкое «бахр-бухр-р». Звук настолько противный, что я предпочитала вставать с колоколом часовенки и бежать в лавку без завтрака, но не просить добрую соседку разбудить меня пораньше.

Сегодня утром дверь выдала даже не «бухр-р-бухр-р», а настоящее «бахр-р-бах-бух», заставив меня подскочить на кровать и едва с нее не упасть.

Неужели соседка снизу опять будет обвинять меня в том, что я свела ее мужа? Он, мол, к ней охладел, потому что я его втихомолку травлю. Ну да, в вино отворот подсыпаю.

«Бахр!!!» Долбили явно кулаком.

Я подхватилась с кровати, едва не сшибла по дороге табурет и вылетела в гостиную. Задвижка щелкнула, и я увидела злого, невыспавшегося и весьма недружелюбного сына градоначальника, сверлящего меня взглядом.

Ой!

Я натянула рубашку пониже и попыталась что-то сделать с волосами.

– Не утруждайте себя, – хмуро бросил он, плечом отодвигая меня с дороги и проходя в гостиную. – Ваш отворот не подействовал.

– Деньги не отдам, – проворчала я, рыбкой проскальзывая мимо него в спальню и хватая первую попавшуюся юбку. Ой, рабочая, заляпанная жиром и остро пахнущая травами, ну да боги с ней. Главное, что ноги прикрывает.

– Мне не нужны деньги, – пояснил Родерик, когда я вернулась в гостиную. – Мне нужен отворот. Настоящий."

"– Родерик… Могу я вас так называть? Я сделала настоящий отворот. Если бы вашего брата напоили приворотным зельем, отворот бы подействовал.

– Тогда почему он не подействовал? – прорычал мужчина. – Я ему всю склянку влил в чай, а он до сих пор стихи пишет и свадьбу планирует!

– Он точно выпил?

– Я следил. – Родерик отвернулся, закусив губу.