Любовь и магия

Парень случившееся осознал сразу, осмелел, забыл об извинениях и перешел к предложениям. Это было не слишком умно с его стороны, так как на предложения скромная тихая девочка решительно ответила: «Нет». Это «нет» прозвучало громко, было услышано всеми присутствующими, и маг такого оскорбления не простил. Мстил Нирв изысканно, прилюдно выставляя Данику Соллер в не самом лучшем свете, и да, безнаказанно пользуясь тем, что влюбленная девочка не могла заставить себя нажаловаться на него преподавателям. Дани не жаловалась, она приходила домой и тихо плакала в ванной, не слушая увещеваний огненного и водяного духов, которые обычно постоянно спорили, но во мнении, что маг Хорсан последняя сволочь, были удивительно единодушны.

Однако вчерашний поступок Нирва стал последней каплей для Дани. Действительно последней. И, взбегая по высокой лестнице к дверям университета, девушка уверенно сказала самой себе: «Ты справишься, Даника Соллер. Ты сможешь».

Иногда достаточно приободрить себя саму, чтобы перейти к решительным действиям.

– Кто? – прорычали хранители университета.

– Адептка Соллер, третий курс, – оттарабанила Дани.

– Входи, – ответили двери, обращаясь призрачным туманом.

И Даника вступила в огромный холл университета, способный вместить половину королевской армии благодаря увеличенным магией пространствам.

Строгая прическа, черный ученический костюм, черная сумка с учебниками и тетрадями – и Дани влилась в поток столь же строго одетых адептов. Живая лестница, извиваясь подобно змее, донесла ее и других опаздывающих магов до четвертого этажа, а вот там, в широком, отделанном красным бархатом коридоре, ее ждали.

"– Дани, любовь моя! – издевательски громко воскликнул Нирв.

Черное на красном фоне выглядело эффектно, а уж светловолосый Нирв и вовсе выделялся среди затянутых в черное темноволосых одногруппников. Их сегодня тут оказалось двенадцать, а Дани, сознательно явившаяся к самому началу практического занятия, надеялась избежать этой встречи до того, как справится с заданием.

– Даника, где же твои манеры, дорогая? – продолжал паясничать Нирв.

А ведь клялся, что больше не будет и что любит только ее, и волосы демонстративно отрезал и ей передал, позерствуя перед всеми. Адептка Соллер судорожно вздохнула, выдавила улыбку, скорее нервную, чем радостную, и, торопливо обходя мага, на ходу ответила:

– Сияющих звезд, Нирв. Извини, опаздываю, после поговорим… дорогой.