Любовь без преград

Монах Том – ужасная весть о его гибели до сих пор угнетала Джанет – говорил ей, что настоятельница его друг. Что было известно ей, Джанет не знала, но подозревала, что пожилая монахиня догадывалась о многом.

Когда Юэн прибыл в назначенный час к воротам монастыря – слава Богу, в простой одежде сельского жителя, а не в ужасном плаще с капюшоном прокаженного, – она уже была готова к путешествию. Он проворчал что-то вместо приветствия, взял ее сумку и повел Джанет (точнее, сам он двинулся широким шагом, а она посеменила за ним) по тропинке туда, где оставил привязанных лошадей.

Джанет с удовлетворением отметила, что их ожидали две лошади. Меньше всего ей хотелось снова путешествовать с ним на одной.

Она старалась не вспоминать о его руках, обнимавших ее, о его твердой груди позади, о тепле и уюте, исходивших от его тела. Не хотелось вспоминать о тех нескольких днях, проведенных с ним, когда сердце ее трепетало.

Джанет заметила, что он украдкой окинул взглядом местность вокруг монастыря, прежде чем повернулся и помог ей сесть на лошадь.

Несомненно, любой воин из армии Брюса держал ухо востро в пограничном районе, однако монастырь был расположен в тихой местности, по крайней мере в четверти мили от ближайшего жилья. У Ламонта не было причины тревожиться.

Она хотела сказать ему об этом, однако в тот момент, когда его руки обхватили ее талию, чтобы поднять на лошадь, она потеряла дар речи. Невозможно описать то чувство, которое охватило ее. Джанет остро ощутила прикосновение его пальцев к ее ребрам.

Боже милостивый, она забыла, каким сильным был Юэн. Он поднял ее как ребенка. Джанет ухватилась за его мускулистые предплечья и почувствовала, как по ее телу разливается жар, проникая в самые потаенные глубины.

О Боже, она вспомнила это ощущение.

Однако, увидев каменное выражение его лица, Джанет почувствовала душевную боль. Очевидно, Ламонт не испытывал ничего подобного. Лицо его оставалось таким же мрачным, как и раньше, только губы были сжаты плотнее. Вокруг них пролегли тонкие белые полоски, и на скулах пульсировали жилки.