Любовь без преград

Джанет подумала, что Юэн решил оставить ее вопрос без ответа, однако после нескольких минут раздумий, казалось, пришел к определенному решению.

– Король уже выбрал супруга для тебя."

"Джанет ахнула, глядя на Юэна глазами, исполненными ужаса и неверия. Казалось, она перестала дышать. В ее голове вертелись тысячи мыслей. Этого она меньше всего ожидала. Роберт никогда ни с кем не делился своими планами…

Осознание предательства Юэна порвало в клочья завесу счастья, которой она окружила себя. И в этом виноват не только Роберт.

– Кто он? – холодно спросила Джанет.

– Уолтер Стюарт. – Она тяжело вздохнула. Ну, конечно! Юэн как-то вскользь упоминал это имя. Теперь она поняла всю важность того, что свершилось. Она хотела засмеяться, но опасалась, что вместо этого расплачется. Уолтер Стюарт был слишком молод, чтобы заслужить признание в обществе. – Он мой сюзерен и сын человека, которому я всем обязан, – добавил Юэн.

Джанет могла бы понять вину, которую он испытывал из-за своего предательства, однако была поглощена собственной болью и недоверием. Джанет пристально посмотрела на него, пытаясь найти то, что могло бы изменить неизбежное решение, отразившееся на его лице.

Затем она отвернулась и устремила свой взгляд на свои голые пальцы ног. В какой-то момент она, должно быть, сбросила обувь. Резкая боль пронзила ее сердце. Неужели всего лишь несколько минут назад она думала, что Юэн принадлежит ей?

– Ты мне об этом не говорил.

Это не был вопрос; ей было безразлично, по каким причинам Юэн умолчал о таком важном событии. Однако он ответил:

– Король подозревал, что ты не послушалась бы его и не вернулась назад, если бы узнала о его решении.

Ее удивление начало уступать место нарастающему гневу. Она снова посмотрела на Юэна с презрительной усмешкой.

– Однако как хорошо король знает меня. И ты, конечно, согласился с ним. Тебе, вероятно, легко было сделать это. «Это не мое дело», – так, кажется, ты говорил? Почему же тогда ты все-таки оказался вовлеченным в это дело?

Юэн сжал губы в ответ на ее издевку.

– К тому времени, когда я понял, что вовлечен, было уже поздно. Я знал, что ты разозлишься, и понимал, что моему молчанию нет оправданий, но тогда я был в большей степени озабочен тем, как сохранить жизнь нам обоим.

Его признание своей вины было слишком запоздалым.

– Ты мог сказать мне все это вечером. Ты должен был сказать.